А она действительно была прекрасна: платиновые волосы густой волной спадали ниже талии, большие голубые глаза, обрамленные густыми черными ресницами, пленявшими мужчин всех возрастов, от незрелых юношей до почтенных старцев, а уж сколько амирадцев мечтали о восхитительном поцелуе этих розовых губ…

Принцесса была невероятно сказочной. Словно только что сошла с гравюры. Это знали все. Поэтому сегодня явились лучшие женихи со всего континента. Первым зашел принц Мильям из соседней страны — молодой красавец, юный маг с чистым взглядом зеленых глаз. Маринет даже смотреть на него не стала, лишь хихикнула и передернула плечами, прошептав нам, своим фрейлинам:

— Неоперившийся птенец!

— Еще молоко на губах не обсохло, — подтвердила Элоиза Марксье, первая фрейлина её высочества.

Впрочем, она была во многом первая, особенно в очередях к пирожкам, к модисткам (атласа ей обычно требовалось больше, чем остальным), к косметологу (от сладкого её кожа требовала более тщательного ухода). Но то, в чем она поистине даст фору любому — это лесть. Элоиза с оптимистичной улыбкой со всеми соглашалась и была всеобщей любимицей.

— Трудно будет ему найти жену… в ближайшие лет десять, — хмуро добавила Виолет Жульзе, вторая фрейлина и полная противоположность первой.

Виолет была очень худенькой и достаточно высокой, чтобы стесняться своего роста и никогда не носить каблуки. Виолет смотрела на все скучающим взглядом, будто видела этот мир во всех своих прошлых жизнях и сейчас страсть как хотела поскорее прожить и эту, чтобы промелькнула и не заметила. Однако из этих двух девушек Виолет была мне ближе — своим здравым смыслом и рациональным подходом.

К счастью, нашего разговора никто не слышал благодаря магическому куполу, соединяющему нас четверых.

Принц отошел в сторону, а церемониймейстер объявил следующего жениха — его величества Фарвора — пузатого и лысого, но достаточно молодого короля дружественного нам государства. Её высочество улыбалась ему, кивала и в итоге вынесла свой вердикт исключительно нам:

— Папеньке выгодно с ним сотрудничать… вот пусть он и выходит за него замуж. А мне эта бочка не подходит!

Кто бы сомневался… Жених Маринет должен быть ей под стать — писанным красавцем. И не важно, что у него в душе, какой характер и так ли сильны чувства. Маринет вообще знала только одну грань чувств — грань желаний. Она хотела — она получала. Неважно, каким способом. Родители баловали её и потакали во всем.

— Зато богатый, — пожала плечами Элоиза.

— И говорят, у него есть целая сеть популярных кондитерских по всему континенту, — добавила я.