— Все совсем наоборот, — заверил Дарен серьезно.
— Тянет мужчину, но не тянет дракона? — нахмурилась я.
Дарен рассмеялся и неожиданно по-детски щелкнул меня по носу.
— Все потом, ревнивица, сейчас у меня дела. И возможно сейчас твое неведение — это лучшее, что я могу тебе дать. Я защищаю тебя от всех событий, которые происходят в Амираде. Если я сейчас сорвусь и проведу с тобой обряд единения, то мой план рухнет. То, что ты видела в ложе — это слабость моего дракона, но все это пока необходимо для плана…
— Плана по продолжению рода? — едко уточнила я.
— Миари… Род у дракона продолжается только с истинной, повторяю, — произнес Дарен. — Прошу, наберись терпения. Я вернусь — и мы обо всем поговорим.
Он даже не дал мне времени на размышления. Секунда — и Дарен растворился в портале.
Глава 18
Снилось что-то ужасное: как я стояла над пропастью, привязанная цепями к скале, а меня всю жарило, выламывало, разрушало невидимое нечто.
Огонь. Меня сжигал огонь. Раз за разом. С каждой секундой все более сильный, жаркий, неистовый. Пламя было беспощадным. Мне было настолько больно, что я проснулась и поняла, что кошмар происходит наяву. Я вся горела. По моему телу прыгали языки пламени, вены стали словно лава, а кожа покраснела настолько, что стали видны очертания мышц под ней.
Я вскрикнула и подскочила. И в этот же момент из картины над кроватью выпрыгнул огромный тигр. Тот самый, с набережной, который спас меня от матросов. Тот самый, которого я видела в спальне Дарена во дворце Раполя.
Только теперь я знала, что передо мной сам Дарен. Он не просто дракон. Он — единственный в мире анимаг-дракон. Плевать на то, что я в одной ночной рубашке, плевать на все. Я бросилась к нему.
— Дарен!
Огромный тигр тут же стал обнаженным человеком и подхватил меня на руки, после чего уложил на кровать.
— Ты вся горишь!
— Жарко… невыносимо жарко…
— Феникс, — пробормотал Дарен и стиснул зубы. — Это случилось раньше, чем я ожидал. Между нами ведь ничего не было, кровь на простынях иная, тогда почему…
— Видимо, этого достаточно, — пробормотала я и выгнулась дугой от нового приступа боли. — Боль…. она ведь бывает разной. Когда я увидела вас… с ней… больно. Тогда спина и… ааа.
Дракон обнимал меня, забирал огонь и шептал успокаивающие слова. Я сама не заметила, как заснула в его уютных и таких необходимых объятиях.
Когда проснулась, первым делом почувствовала его торс — обнаженный, с кубиками пресса, стальной грудью и легкой красной порослью волос, уходящей ниже, за резинку черных штанов. Когда только одеться успел?