— Простите, ребята, что опоздал, — не оборачиваясь, сказал мужчина с длинными чёрными волосами. Собранные в конский хвост, они спускались практически до пояса поверх висящего на спине незнакомца полуторника.

— Кх… Не стоит, Археус, — проговорил позади нас усталый голос. — Мы ожидали, что… Рейнгейт попытается задержать… тебя… — глянув через плечо (в этот раз моё желание совпало с действиями тела), я увидел крепкого чернокожего здоровяка в чалме и с голым торсом. Его правая рука болталась плетью, левой же он зажимал рану на окровавленной груди. В нашем квартете этот человек выглядел самым потрёпанным. Ему даже говорить было трудно. Однако, судя по горящим глазам, чернокожий ещё не сдался и готов был пустить в бой боевой посох, выглядывающий из-за его плеча.

Моё тело отвернулось, уставившись вперёд. Уртия больше не тянула меня за руку и тоже глядела вперёд, Археус грустно кивнул в ответ на слова чернокожего и, повернув голову, немного ускорился, положив правую ладонь на рукоять меча. Ремни, удерживающие клинок, медленно исчезли, а лезвие окутало ярко-оранжевое пламя. Дальше лидер нашего небольшого отряда нёсся с мечом наперевес.

Всё это время мы бежали по очень широкой лестнице. Как и стены, и высокий потолок, она была тёплого терракотового цвета. Лестница закручивалась по часовой стрелке, так что справа от нас была, как мне показалась, внутренняя стена башни. На стене же слева иногда попадались огромные оконные проёмы размером два на два метра, что показалось мне удивительным.

Наблюдая за происходящим, я пытался понять, что со мной произошло — только что вместе с огроидами шёл по Кровавому лесу, а теперь оказался в чужом теле, не пойми где. Там, к слову, я тоже формально пребывал в чужом теле, однако давно уже считал тушку Бона своей и полностью ею управлял. Сейчас же…

Да, пожалуй, я сейчас внутри каких-то воспоминаний Безумного Бога. Что-то вроде следующего уровня защиты в его барьере. Простых нашёптываний от контакта с призраками оказалось мало, чтобы свести меня с ума; когда к ним присоединились ещё и ощущения, мне стало гораздо хуже, но я всё равно держался. Теперь же вдобавок ко всему прочему мне показывают полноценную визуализацию. Предполагая, какую цель преследует Безумный Бог, устраивая с моим разумом подобные игры, могу сказать, что вскоре меня ждёт нечто ужасное. Возможно, даже причина последующего безумия Биргейна.

Археус ускорился и практически перешёл на бег. Бросив на меня взгляд, Уртия вновь схватила меня за руку и чуть ли не силой потащила вперёд. Мне (ну, то есть, конечно же, Биргейну!) пришлось двигаться быстрей. Раненый бок отозвался резкой болью, однако я сдержал рвавшийся наружу стон.