— Биргейн, поспешим!

— Иду, Уртия, иду…

Да сколько можно-то! Сколько можно переживать это! За что мне всё это?!!

Ненавижу!

Стоп! Успокойся! Моя задача — продержаться как можно дольше. Цепляться за свой разум, пока Старик не разберётся с Безумным богом. И ненависть в достижении подобной цели уж точно не помощник. Она затуманивает разум, а это мне сейчас совсем не нужно…

А что нужно? Может быть…

Надежда?

Да, и она затуманивает. Но… сейчас это лучше, чем ненависть.

Блин, несколько «петель» назад я уже думал об этом. И не шибко-то мне помогла надежда с тех пор…

«Ошибаешься, мальчик», — прозвучал в голове столь знакомый тягучий голос.

Моё тело мгновенно наполнило родное тепло, а «картинку» перед глазами начала заволакивать Тьма. Когда она поглотила всё окружающее пространство, сразу исчезла, и я увидел «реальный» мир.

— Прости, что только сейчас помог тебе, — проговорил Старик с помощью мыслеречи. — Мне нужно было сэкономить как можно больше сил. Так что я не мог тратить их до того, как мы столкнулись с Биргейном, — закончил он, поставив меня на ноги. Оказывается, пока я поддавался безумию, Бог Тьмы тащил моё бренное тело на своём плече. Только моё — огроидов поблизости не было.

— А заодно и оттянуть побольше сил у своего противника, — буркнул я, не сводя глаз со старого охотничьего домика. Время не пощадило постройку, она бы и вовсе уже обрушилась, если бы её хозяин не подпёр крышу брёвнами и не укрепил бы ими же часть стен. Однако я бы всё равно не назвал бы этот дом надёжным. Странная, почерневшая от времени хибара — самое то для её безумного хозяина.

— Я взял всех вас с собой ради помощи. И вы мне помогаете по своей воле, мальчик, — спокойно произнёс мой Покровитель вслух. — Силы Тьмы поддержали вас в борьбе с безумием. Да, было тяжело, но вступив в его барьер, мы уже вступили в бой с ним.

Хм, а ведь он действительно бросил на нас бафф со случайными усилениями во время боя. И что же, он в самом деле помог нам бороться с безумием внутри барьера? Хотя это и не отменяет того факта, что Старик использовал меня и огроидов в качестве щита.

— Ты мой меч, а не щит, — тут же поправил меня Бог Тьмы. — А теперь приготовься. Он наступает.

Едва Покровитель замолчал, как внутри хибары послышалось недоброе рычание. Приподняв изодранную грязную тряпку, служащую жилищу дверью, на улицу вышел сгорбленный косматый мужик.

Находясь в воспоминаниях Биргейна, я по понятным причинам не мог видеть лица Безумного бога. Зато отметил для себя его одежду — плотные кожаные штаны и такую же куртку. Представшее перед нашим взором создание было облачено в нечто подобное. Хотя в грязной полусгнившей рванине с трудом можно было узнать прежний наряд. Даже божественная энергия не смогла сохранить одежду своего хозяина. А может, виной всему было Тление? На щеках, лбу и кистях рук (единственных частях тела Безумного бога, которые не прикрывали одежда или длинные спутавшиеся космы) виднелись омерзительные, хлюпающие зелёной жижей язвочки.