— Было тяжело, — догадался я.

— Верно. Но оно того стоило.

— Почему? — задал я терзающий меня вопрос. — Прошу, ответь.

И он ответил, хоть и не сразу:

— «Мне больно смотреть на мучение моих Последователей?» Да? Ты ведь это хочешь услышать, верно? Прости, мальчик. Я не стану врать только для того, чтобы порадовать тебя. Никакой боли от подобного я не испытываю, а до того, как Зуртарн был разрушен, в бою между волхвом Древних и тем, кто таковым не являлся, мне было всё равно, кто победит и останется жив. Я говорил тебе — для меня одинаково важны все. Как и для Зуртейна. Даже если кто-то не взаимодействует с Древними или и вовсе по какой-то причине ненавидит Древних, я не стану желать этому разумному зла и буду относиться точно так же, как и к любым другим разумным.

— Точно так же, как к волхвам и жрецам?

— Именно, — спокойно подтвердил он.

Я выпрямился и, глядя на парящую фигуру в чёрном балахоне, размял ноги. Да уж, разве можно говорить подобное в лицо тем, кто идёт за тобой? Мол, мне плевать, кто из вас подохнет, ты, или твой враг?..

— Ты не мой подчинённый, мальчик, чтобы я, как говорят в твоём родном мире, кривил перед тобой душой, — неожиданно изрёк Старик. — Откровенность — признак близости. Мы близки с тобой, и я тебе доверяю.

— Не настолько, чтобы рассказать всю историю полностью, — хмыкнул я.

— Ты и так уже многое знаешь, — парировал Бог Тьмы, — и вскоре узнаешь ещё больше.

— Хорошо, — я поднял руки в примиряющем жесте. Спорить на эту тему у меня сейчас не было желания. Разговор шёл о другом, стоит вернуться к нему, чтобы расширить собственные горизонты. — Ты одинаково относился и к своим, и к чужим…

— Чужих не было, — перебил меня Старик. — Были лишь те, кто не особо задумывался о нашем существовании.

— Допустим, — согласился я. — Однако всё изменилось. И даже не тогда, когда Рейнгейт что-то сотворил, что пошатнуло ваши позиции и ввело интерфейсы в мир. На это вы закрыли глаза, ведь… хм… Ведь пока миру и его населению ничего не угрожает — всё в порядке.

— Жизнь и смерть идут рука об руку, мальчик. Это и есть порядок. Древним необязательно было находиться на первых рядах, чтобы следить за порядком.

— И тем не менее вы не уследили. Всё изменилось, когда Рейнгейт со своей шайкой решил уничтожить Зуртарн. Кстати, что такое Зуртарн? — наудачу спросил я. Однако Бог Тьмы проигнорировал вопрос:

— Верно. Изменилось. Должен признать, мальчик, наши воззрения сыграли с нами дурную шутку. Древние не были владыками, коими сейчас являются боги. Мы считали себя мудрыми наставниками и тайными защитниками Зуртейна. Притом защищали мы мир, как мы думали, как раз с помощью наставлений. Мы считали, что не должны напрямую вмешиваться в дела мира. И даже когда Рейнгейт пошёл против нас, мы считали, что другие разумные смогут его остановить. До последнего считали. К тому же мы сильно ослабли после его первого предательства.