Выберите точку воскрешения для переноса:

Надгробье Атефех.

Осколок надгробья Зиры.

Осколок надгробья Шера.

Осколок надгробья Бата.

Осколок надгробья Мари.

«Глядя» на перечень своих точек воскрешения, вспомнил, что раньше в этом списке было «Кладбище Листьеры» и «Охотничий домик Ильзы». То есть, скажем так, географические названия. А теперь — имена тех, в чью честь создали то или иное надгробье. Видимо, такая разница была обусловлена тем, что мои первые две точки воскрешения, которые разрушила Аэрида в теле Ильзы, были стационарными. Сейчас же все они переносные.

— Внимательно, мальчик, — наконец-то заговорил Бог Тьмы. — Как и ты, я заметил салатовый оттенок в некоторых способностях Змея.

— Такой же, какой был и у Биргейна, — продолжил я нашу общую мысль. — Это безумие?

— Возможно. Но сам Змей не безумен. Для нас он и его способности — загадка. Могу сказать одно: вряд ли он враг нам.

— Но и не друг. Его можно воспринимать как отдельную силу? Он сам по себе?

— Пожалуй, так и есть, мальчик. Оставим пока эту тему. Сейчас тебе с ним не справиться. Не уверен, что если я буду сражаться с тобой бок о бок, мы победим.

— Потому что мы с тобой делим одну и ту же силу, — хмыкнул я. — Но вот если с нами будет кто-то сторонний — Норидуэль, Биргейн или же Рюгус…

— Раньше, чем мы восстановим Зуртарн, подобной битве не бывать. Я уже говорил. Ты справился со своей целью. Благодаря тебе я хотя бы приблизительно понял, на что способен Змей, чего ожидать в бою с ним и к чему готовиться. Всё. В данный момент Змей нас не волнует. Есть куда более насущные дела, мальчик. Отправляйся к Адепту Бергу. Негоже нашей Пастве быть без Старшего Адепта. Да и с союзниками лучше всего взаимодействовать именно тебе. Удачи, мальчик, — произнёс Бог Тьмы и замолчал. Я же предельно чётко понял, что разговор действительно окончен, и громко сказал (если это слово уместно для того, у кого в данный момент нет рта):

— Надгробье Атефех.

Через пару мгновений я стоял в центре большого шатра и смотрел на Берга. Адепт держал надгробье своей супруги на вытянутой руке, а после того, как я появился, спрятал обелиск в инвентарь.

— Рад видеть тебя, — произнёс он, полуулыбнувшись и протянув руку.

— Взаимно, дружище, — отозвался я, ответив на рукопожатие и обняв товарища. — Гляжу, ждали меня?

— Бог Тьмы сообщил мне о твоём приходе. Я немного подготовился, — отойдя на полшага, лучник указал на небольшой столик, где, помимо кувшина с вином, стоял сыр, вяленое мясо и, о чудо, свежий хлеб да какие-то яркие сухофрукты.

— Подготовился на четыре с минусом, — хмыкнул я.