Прозвенел колокол. Студенты вскочили со своих мест и многие заметили меня. Арк-Вирт тут же подлетел ко мне, подняв на руки, и закружил. Рами и Клаудия тоже подошли, чтобы обнять.

— Мы слышали об этих ужасных событиях в горах… не представляю, каково тебе было! Эверус ведь нам рассказывал, что с манкорами почти нет шанса справиться… а на тебя напали целых две! Какое счастье, что его величество и пограничники успели вовремя и смогли спасти тебя! — горячо поделилась Рами, и Арк-Вирт наконец-то поставил меня на землю.

— Как твой зимокрыл? — участливо спросила Клаудия. — Он — герой! Мы поспрашивали у магистра Эверуса, чем они питаются, поэтому накупили ему вкусностей в благодарность за твоё спасение.

— Спасибо, зимокрыл временно под присмотром зоомага в Энибургском дворце, но вскоре вернётся, — просияла я и тут же потухла. — Жаль, что это не спасло его высочество Ярата… Пусть мне в целом безразлична его судьба, но Элай…

— Элай стал наследником, — пожала плечами Рами. — Разве он не должен радоваться? Нет, конечно, потерять брата — это ужасно… но его брат поплатился за то, что посмел посягнуть на чужое.

Ответить я не успела.

— Студентка Даорг, подойдите и объясните ваше отсутствие, — раздался голос преподавательницы.

Подруги ещё раз обняли меня и вышли, а я медленно прошла к матери. Оранжерея была полна цветов и красоты. Я вдруг поймала себя на повторе: когда-то у меня состоялась такая же встреча с её величеством в окружении цветов.

И ничем хорошим это не закончилось.

Сердце начало биться быстрее. Студенты уже покинули оранжерею, и теперь мне казалось, что я тону в окружавшей меня зелени, а матушка, наоборот, чувствует себя здесь вполне уверенно. Я на ватных ногах подошла ближе, и, когда до хранительницы душ оставалось не больше двух шагов, она неожиданно улыбнулась.

— Купава, прости меня. Я была не права, когда пыталась на тебя давить… Твой выбор — это твой выбор. Я не стану тебе перечить, лишь хочу подружиться с тобой. Хочу стать тебе другом.

Наивная девочка во мне хотела в это верить, но… принцесса, воспитанная на примерах дворцовых интриг и истории королевств, прекрасно знала, что такая резкая смена риторики говорит о хитрости. Бабушка не видела маму по возвращении, она сразу предстала перед ней раскаявшейся, поэтому леди Энштепс ничего не заподозрила. Но я уже успела сделать выводы в нашу прошлую встречу.

— Я рада, — ответила с лёгкой улыбкой. — Вы уже виделись с его величеством?

— Он и открыл мне глаза, — ответила мама со вздохом, — ваша любовь так искренна… Его дар я приняла.