— Не все из нас, — не выдержал Арк-Вирт. — Мои отец и мать были против…
— Ваше ночное поведение доказывает обратное, — жёстко отрезал Фаут и бегло оглядел аудиторию. — Поднимите руки те, чьи родственники воевали на стороне его величества Максимилиана?
Тут я не выдержала.
— Протестую, — я поднялась со своего места и прищурилась. — Вы разжигаете межрасовую ненависть, это запрещено законодательством всех стран.
— Разве? Я всего лишь задал вопрос, студентка…
— Даорг, — подсказала я, и преподаватель хмыкнул.
— Принцесса, — заключил он, прищурившись. — Что ж, вы должны знать, что здесь ваш статус не имеет значения, вы всё равно должны поднимать руку и говорить только с позволения преподавателя. Что же касается вашего абсурдного высказывания, если вы сами увидели в моём невинном вопросе разжигание ненависти — быть может, вы сами её испытываете? Ах да, Бриоль слишком далеко отсюда и никто из ваших мест не участвовал в подавлении орколейцев.
— Мы не воюем, зато мы не предвзяты к отдельным личностям. Если вы недовольны поведением Арк-Вирта, то не должны приписывать ему исторические промахи его соплеменников. Он поступил сюда для учёбы, а не для того, чтобы его попрекали за войну, окончившуюся ещё десять лет назад. Уверена, сам его величество Максимилиан бы подобное не одобрил.
В последнем я была абсолютно уверена. Он заботился и даже любил подвластные ему территории, развивал их. Он любил жителей, старался для них. И пусть он ужасный шовинист, но отличный правитель.
— Не вам говорить от лица короля Рамании, — упёрся ладонями в кафедру Фаут. — Взыскание, студентка Даорг. После лекции зайдите к куратору вашего курса и заберите недельную отработку. А сейчас сядьте на место и более не смейте срывать лекцию. Переходим к политической системе Орколея.
И пусть я получила взыскание, но последующие речи Фаута стали более нейтральными, хотя Арк-Вирт всё равно сидел с поникшей головой. Когда лекция закончилась, к нему подошёл Элай и похлопал парня по плечу, пока тот сидел — с его габаритами оно как раз было в зоне досягаемости принца в этом положении.
— Мы все тобой гордимся.
— Да, — подтвердила Клаудия, к которой в этот момент я стала относиться чуточку лучше. — Ты всех нас спас! Как подумаю, что мне пришлось бы неделю кому-то прислуживать, так становится дурно.
— А мне и придётся, — поморщился Элай. — Так что вам ещё всем повезло. Не стоит раскисать. Идёмте на обед.
Кому на обед, а кому ещё нужно зайти к куратору. Вот не хотела же я с ним часто видеться, совсем не хотела.
Глава 14
— Опять вы? — изумился магистр, и в этот момент перед ним вспыхнула записка, предположительно от магистра Фаута. Дейн пробежался по ней взглядом и ухмыльнулся. — О, теперь понятно… Вижу, вы не только у меня попали в любимчики. Что ж, тогда… две недели отработки в птичнике?