— Здесь есть военная кафедра?
— Со второго курса, — кивнул принц. — И у боевого факультета она обязательна. Ты не знала?
От стона меня уберегло осознание, что ко второму курсу меня тут уже не будет, я вернусь в Бриоль. Хотя где-то в глубине души я призналась себе, что в РАМ — интересно, у меня будет целый год, чтобы изучить её, навпечатляться, а потом с лёгким сердцем распрощаться с ней.
И с Максимилианом Раманским.
— Знаешь, Купава…
Договорить Элай не успел. В этот момент мы как раз проходили под окнами библиотеки, из которой раздались душераздирающие крики библиотекарши.
Глава 16
Я сразу сообразила, в чём дело, и бросилась в здание. Элай — за мной. Что же натворил Крепыш?
Я бежала так быстро, что совершенно не замечала никого и ничего. Студенты передо мной расступались, отпрыгивали и отскакивали в стороны. Но увы, застать начало спектакля мне не удалось — подоспела к самому концу.
Декорации были следующими: библиотека, высоченные стеллажи и книги, много книг, валяющихся огромными кучами на паркете. Лежали они как попало… точнее, как попадали со стеллажей, так и лежали.
И главными актёрами выступали Крепыш и мадам Теодерма, обменивающиеся репликами на повышенных тонах. Понять что-то в их крике было практически невозможно, но собравшиеся студенты всё равно пытались разобрать слова, при этом ещё активно перешёптываясь.
— Купава, это ведь фейри? — уточнил Элай, хмыкнув. — Твой фейри?
— Мой друг, — поправила я. — Конкретно мне он не принадлежит. Они, знаешь ли, весьма свободолюбивые.
Я пыталась привлечь внимание Крепыша, чтобы он куда-нибудь спрятался и не отсвечивал. Но бесполезно. Он был полностью поглощён скандалом. Я уже сделала шаг вперёд, когда студенты за спиной заголосили и разошлись в стороны, выстраиваясь в своеобразный живой коридор. По лестнице поднимался ректор, причём, судя по плащу и цилиндру, он был с дороги. Я вспомнила, как Максимилиан говорил, что он отлучился по важным делам. Так сказать, с корабля на бал. С дороги в остроги. Со спокойствия в мир фейри. Пора привыкать, лорд ректор.
— Что здесь происходит? — строго спросил он, оглядев весь творящийся беспредел.
Ректор чем-то напоминал моего отца — примерно его ровесник, с короткой стрижкой, усталым взглядом мудрых глаз и при этом педантичный настолько, что его внешний облик был идеален, начиная от костюма с шейным платком и заканчивая длинным плащом, на котором не было ни одной пылинки. Разве что лорд ректор немного полнее моего отца, но это его ничуть не портило.
— Это всё о-о-он! — завизжала мадам Теодерма, указывая пальцем с раздувшейся подушечкой последней фаланги на бедного невинного Крепыша, зависшего в воздухе. — О-о-он!