Какой же мерзавец Фарас! Как он мог давить на девушку в ту злополучную ночь? Наверняка ему не составило труда взять её силой: он был неслабым магом, мог наложить заклинание или же подсыпать снотворное. Методов масса, особенно когда её внутренняя драконица изначально была положительно настроена к Фарасу и не ожидала от него ничего дурного.

Но это ошибки прошлого… и я не собираюсь их повторять. Если кто хочет искупить вину Фараса — пусть искупает. Но это буду не я. Данияр прав. Мне страшно. Страшно идти против всех, в особенности — против судьбы. Я слишком долго с ней боролась и в какой-то момент у меня опустились руки, но главное, что рядом со мной оказался тот, кто способен меня поддержать.

Мой предначертанный. Я сама выберу свою судьбу. И я выбираю Яра.

Лавина чувств схлынула с меня, отпустила тело. Боль вытянулась, словно её забрала Хранительница, оставив душу. А ведь я всего лишь перестала ставить себе рамки.

Мы справимся. Иначе зачем мне достался самый самоуверенный парень во всём Райвиме?

— Я люблю тебя, — произнесла твёрдо, глядя в сияющие зелёные глаза, подсвечиваемые светлячками. — И не могу солгать. Люблю так сильно, что внутри меня всё трепещет. Люблю настолько, что целовала тебя всегда сквозь боль и жаждала всё новых поцелев. Люблю тебя, Данияр Раманский.

— Джесс, — выдохнул наследник и на мгновение опустил взгляд на мои губы, чтобы вновь поднять его к глазам, — ты приняла решение?

— А ты в своём уверен? — спросила тихо.

— Я не сомневался с той минуты, как выкрал тебя, Джесселин Дервуд, — он сделал акцент на сокращённой фамилии. — Ты моя. И ничьей чужой быть не можешь. Ни черни, ни некроманту, ни Хранительнице я тебя не отдам.

И в этот раз его поцелуй был уже не вопросом, а обещанием. Яр наклонился ко мне и запечатлел на губах страстный, лишающий меня воли и разума, поцелуй. Я шумно выдохнула, привстав на цыпочки и прикасаясь почти обнажённым телом к мужскому. Принц рвано дышал. Его ладони заскользили по моим плечам вниз.

Его дыхание смешалось с моим, губы почти соприкоснулись, но не торопились завершить начатое. Мучительная пауза. Я приподнялась на носках, теряя терпение — и тогда он наконец закрыл это расстояние.

Поцелуй был не таким, как я ожидала. Не осторожным, не робким. Горячим и влажным, как сам водопад за спиной. Руки Яра плотно обхватили мою талию, прижимая меня так близко, что я чувствовала каждый его вздох, каждое движение. Когда мы наконец разорвали контакт, губы всё ещё горели.

— Я не хочу останавливаться, — прошептал он, и в его глазах читалось то же безумие, что пульсировало у меня в крови. — Ты станешь моей, Джесселин Дервуд, на земле и на небе?