— Леший, вот скажи, чего тебе не жилось то спокойно? Водяной просит то одно прикрыть, то другое. Но там же ничего такого страшного. Не мокруха какая-то. Подумаешь фарца. Люди хотят одеваться по-модному, заграничному. Так ведь всегда хотели. И до Революции и после. Ничего в поведении человека не поменялось. Опять же карточные игры. Ну играют люди в карты. Что в этом такого? Скажешь много проигрывают, на деньги играют. Так не наши с тобой деньги. Там такие тузы играют, что они проигрывают, это даже очень хорошо. Можно сказать, социальная справедливость торжествует. Так чего тебе не живется то спокойно? Еще неделю назад тихо-мирно водку пил, никому не мешал. А теперь прыщ на жопе. И еще перед начальством решил выслужиться. За ум взялся. Работу исполняешь, как настоящий мент. Ишь ты.

Киндеев говорил зло с нотами обиды и разочарования. Его можно было понять. Раньше он с Ламановым был одного поля ягодка, а теперь встали по разные стороны баррикады. И в отделе только он остался середнячок, которого и выгнать жалко, и поручить что-нибудь стоящее нельзя.

— Да чего ты кипешуешь.

Я внезапно зашелся в приступе кашля. Киндеев напрягся и уставился на меня, ожидая подвоха. Тень же во всю мощь своего несуществующего голоса заголосил, призывая напасть на своего бывшего друга, и перегрызть ему глотку. Он этого не ожидает и будет легкой добычей.

Откашлявшись я продолжил.

— Держи себя в руках. Мне плевать какими делишками ты занимаешься. Чтобы мы друг другу не мешали, добейся перевода в соседний отдел. Всего делов-то. Локтями толкаться не будем.

— Леший, ты меня за кого принимаешь? Я тебе что лох какой-то? Фраер ушастый? Пока ты жив, ты останешься для меня угрозой. Так что сиди тихо, осталось недолго.

Я не знаю, на что рассчитывал Киндеев. Даже при наличии пистолета в борьбе со мной у него не было шансов, но с другой стороны он же не знает, что под обликом его бывшего лучшего друга скрывается звездный десантник, опытный штурмовик, убивший не одну тысячу живых единиц противника. Он видит старого Ламанова, пускай и с непонятными ему отклонениями, значит старого Ламанова он как противника не рассматривает ни под каким соусом.

Пост ГАИ, двухэтажный домик из стекла и бетона, мы проехали не замеченными. Возле дороги стоял постовой с черно-белым жезлом, но он явно спал на посту, потому что не обращал внимания на движущиеся в разные стороны машины.

Я имел смутное понятие, где находится эта Елизаветинка, но, судя по тому, как уверенно приказывал мне Киндеев, он уверен, что я маршрут знаю. Тут мне пришел на помощь Тень. В условиях повышенной опасности он решил не отсиживаться в тени, а оказать посильную помощь. И тут же всплыли воспоминания, как мы ездили с Киндеевым за Елизаветинку на шашлыки. Там был лес и небольшое озеро, много комаров, грибов и ягод. Хорошее было время, полное надежд и стремлений. Мы на службе чуть меньше года. И никакого Водяного, даже в виде призрака на горизонте.