По тому как рассказывал о своей работе Мышанский было видно, что дело он любил и гордился им. И кража из его магазина — это в том числе удар по его репутации и самолюбию.

— Вы хотите сказать, что в Ленинграде есть магазины, в которых можно взять больше? — спросил я.

— Безусловно, мы не самый передовой магазин. Просто потому что у нас торговых площадей меньше. Поэтому и выручка у нас меньше.

Любопытно. Из досье Мышанского я знал, что он человек целеустремленный и честолюбивый. Поднялся из украинского захолустья до колыбели революции, так как так получилось, что он оказался пускай и директором, но в маленьком магазине, второстепенного значения. С его то честолюбием он должен уже в «Роскультторге» заседать или в Главном управлении торговли Ленинграда, а он уже много лет держится за свое кресло и выше не лезет. Неужели устал? Такие люди никогда не устают. Они с рождения заряжены, чтобы взбираться все выше и выше.

— Так кто знал о привозе товара повышенного спроса? — спросил я снова.

— Вот вы правильного сказали. Товар повышенного спроса. Не люблю это противное слово дефицит, хотя отрицать наличие такого явления как дефицит контрпродуктивно. Ну, конечно о нем знали в управлении «Роскульторга». Много кто там, товарищ Иванов, Гостюхин, Зверьков. Ну и у нас все в магазине. Приемщики, продавцы, Галина Ивановна опять же.

— И как собственно произошла кража? — спросил я, хотя этой информацией я владел.

Кража в магазине «Спорттовары» была подробно описана в уголовном деле еще лейтенантом Кравцовым.

Неизвестный перед закрытием магазина проник в подсобное помещение магазина, дождался пока все сотрудники ушли, выбрался из укрытия, отключил сигнализацию и впустил своих подельников. Этот факт можно считать доказанным, потому что сигнализация была отключена изнутри, а также впоследствии было найдено место — в подсобке, в хозшкафе, где отсиживался преступник. После этого был вскрыт сейф. Конечно, может орудовал опытный медвежатник, вероятнее всего так и было. Или все же сейф открыл тот, кто знал код от сейфа. Тут возможны варианты. Но то что первый преступник, кто отключил сигнализацию, хорошо знал всю внутреннюю работу магазина, не оставляло никакого сомнения.

— Ваши сотрудники давно с вами работают? — спросил я.

— В основном давно, лет по пять — десять. Лидочка — вот только разве что первый год. Недавно пришла к нам. А так в основном долго.

— Много народа уволилось от вас за последние два — три года?

— Сейчас погодите, дайте припомнить, — нахмурился Мышанский. — Человека три. Грузчик Федоров Иван Федотович, продавщица Иволгина Инга, да Рябцев Сергей Фомич, наш кладовщик. Но он по состоянию здоровья. Ему шестьдесят два года. Сердечко пошаливало.