— Салли… — тихо произнесла она.

Шеппард отвлеклась от своего занятия. Она поставила на стол фарфоровую статуэтку пастушки, которую достала из чемодана, и сейчас рассматривала ее так, как будто в этой пастушке были скрыты все тайны мироздания.

Электра кашлянула:

— Салли.

— Что? — спросила та. Обычным голосом, не таким, каким дают понять «Отвали». Ну ладно — почти обычным. Эмоций могло бы быть и побольше.

— Почему ты со мной не разговариваешь?

— Разговариваю.

— Нет, не так. Как с подругой.

«А мы подруги?» — хотела было спросить Салли, но не стала, поняв, что такой вопрос Электру точно обидит. В конце концов — это ОНА обвинили Электру в демоничности. Правда, та тоже ее обвиняла… И Рика… И Криса… После этого они и перестали разговаривать друг с другом. Особенно — с Крисом. Почему-то то, что он с ней не разговаривает, волновало ее гораздо больше… Гораздо больше, чем ВСЁ. Почему-то.

— Мы подруги, — ровно произнесла Салли. И вдруг поняла, что это — правда. Она воспринимает Электру, как… как кого-то очень близкого. Как кого-то, на кого можно положиться. И Рика. И Криса. Хотя, нет. Крис воспринимался как чуть более близкий, чем все остальные.

— Точно?

— Точно.

— А Рик и Крис?

— Они… друзья.

— Тогда почему мы не разговариваем?

А правда — почему?

Салли отвела взгляд от пастушки и посмотрела на Электру:

— Не знаю, — удивленно сказала она.

Лицо рыжей девушки медленно расплылась в улыбке. Обычной, радостной, счастливой улыбке:

— Тогда срочно начинаем общаться!

Она набросилась на Салли и стиснула ее в объятьях. Шеппард замерла, осторожно обняла Электру — и, неожиданно даже для самой себя, крепко ее обняла.

— Пойдем к мальчишкам! — Электра подпрыгнула на месте, уже готовая мчаться куда угодно, но тут же замерла в позе бегуна, — Нет! Не сразу!

Она прыгнула к своей кровати, вытащила из-под нее чемодан и принялась потрошить его. Летели во все стороны разноцветные тряпочки, выпал и покатился под кровать боевой жезл.

— Вот она! — с этими словами Электра разорвала бумажный пакетик и высыпала себе на голову сверкающий искрами порошок, — Магическая краска для волос! А то я сама на себя не похожа!

Порошок с легким шипением впитывался в волосы и те на глазах теряли мрачную черноту, обретая ослепительно-золотистую рыжину.

* * *

— Что надо⁈ — рявкнул Крис в ответ на заполошный стук.

— Тебя! — весело ответили из-за двери.

Умбра с неохотой встал с кровати, на которой лежал, рассматривая потолок — как и каждый вечер все последние дни — и подошел к двери. Отпер ее — а отойти уже не успел. К нему в комнату ворвался рыже-черный вихрь.