Демичев кашлянул, посмотрел на нас с Удиловым, сглотнул. «Эти-то тут зачем? — подумал он. — Вот так сразу отсюда и поведут на Лубянку?»…

Но собрался с силами дальше продолжил уже бодрее:

— Изначальный творческий замысел, представленный английской стороной, был, мягко говоря, очень и очень спорным. Он касался судьбы крестьянина, покинувшего Родину после Отечественной войны тысяча восемьсот двенадцатого года и его потомка, прибывшего в Советский Союз с гастролями. Такой сюжетный ход был признан нашими идеологическими службами неуместным, так как мог быть превратно истолкован. В духе плодотворного сотрудничества мы предложили конструктивные поправки, сместив акцент на культурный обмен и фестиваль молодежной музыки, что полностью соответствует духу дружбы между народами…

Демичев оторвал взгляд от шпаргалки и, наконец, рискнул посмотреть на Леонида Ильича. Увидев, что тот слушает внимательно и без видимого неудовольствия, Петр Нилыч осмелел, и дальше уже читал бодрее, иногда отрываясь от бумажки и вставляя свои комментарии:

— В процессе согласования мы проявили принципиальность и бдительность. Так нами была отклонена кандидатура группы «Пинк Флойд», отдельные участники которой в прошлом позволяли себе не объективные высказывания о событиях в дружественной Чехословакии. Также исключили возможность участия группы «Чикаго».

— А «Чикаго» вам чем не угодило? — удивился Леонид Ильич.

Демичев замялся.

— Ну говори, Петр Нилыч, как есть, — подбодрил его Брежнев.

— Э-эээ… Видите ли, Леонид Ильич, там такое дело… — министр культуры, мысленно проклиная всех идеологов скопом и Зимянина конкретно, пытался сформулировать ответ как можно безопаснее — для себя. — Группа «Чикаго» была исключена по причине наличия в ее составе музыканта русского происхождения, что противоречило первоначальной логике сценария и могло внести нежелательный акцент.

— Петр Нилыч, ты сам-то понял, что сказал? — Брежнев усмехнулся. — Уже собственной тени боитесь. Сталина сколько лет нет с нами, а все шарахаетесь от каждого хлопка. Что можешь еще доложить по сути вопроса?

— Только то, что советская сторона подошла к делу со всей ответственностью. Нами были изучены тексты всех предлагаемых к исполнению песен, кстати, — он брезгливо скривился, — абсолютно бессодержательных. Не понимаю, как так можно петь ни о чем? Ни слова о Родине, о людях, о подвигах…

— И что в итоге? — перебил его Брежнев, не желая выслушивать оценочное мнение Демичева.

— В итоге? — снова сбился с дыхания министр культуры. — В конечном итоге мы отобрали несколько прогрессивных зарубежных коллективов. Это группы «Сантана», «Вилледж Пипл», «Бич Бойз» и певицу Джоан Баэз. Ну… чтобы наша Алла Пугачева выгодно выделялась на ее фоне. Со своей стороны Госкино СССР обязалось предоставить лучшие советские вокально-инструментальные ансамбли, которые пользуются у нашей молодежи заслуженной любовью. Это «Песняры», «Самоцветы», «Ариэль» и, как я уже упоминал, певица Алла Пугачева.