Обжившись на линии соприкосновения и постепенно сориентировавшись на местности, Пётр плюс-минус представлял реальное положение дел. Рад бы братьев подальше в тыл засунуть, но Стасян поступил «с пометкой» в личном деле. Так что не только «годен», но даже «известно где» пригодится. И вот где-то здесь, что именно — то самое ГДЕ, крановщик сразу и пригодился…

Картина «утро в окопе» разворачивалась неспешно. Разведка засветло рванула на БТР в ближайший лесок, а Колясик отложив сапёрную лопатку, вгрызся в галеты сухпая. Сухие губы младшего брата обронили:

— Стасян, чайку бы.

— Ты чего жрать сел? Копай до обеда! Потом у «комода» в блиндаже погреемся и чайку бахнем.

Под комодом он имел ввиду, конечно же командира отделения. Хотя в деревне его совсем недавно иначе называли — шпала, дылда, великан… И это только в детском садике.

— Что мне твой обед? У меня в животе уже урчит! А руки к херам перемёрзли. Я пальцев не чую! — пожаловался Колясик, жадным взглядом окидывая зелёную пачку со звездой, коих выдали сразу три штуки на день, но посоветовали растянуть на два дня.

Сухпай оставлять лучше с запасом. Мало ли? Будет ли подвоз вовремя — большой вопрос.

— Перемёрзли, — буркнул Стасян, передразнив и отобрал лопатку. — Тютя ты! Следи за обстановкой, малой. Прилетит — некуда будет прятаться. Окапываться надо.

— Бля, да мы же уже и так в окопе! — возмутился Колясик. — Куда ещё окапываться-то?

— Ты не догнал, что Петро сказал? — напомнил Стасян. — Без «лисьих нор» нам пиздец. Есть такие миномёты, что по тепловизору наводятся. Есть БПЛА, что всегда готовы в траншею залететь и без инфракрасного распознавание. Есть дроны, которые как говорят, сами скоро снаряды скидывать будут. Аккурат на голову и прилетит. Что снарядам твой окоп или траншея? Потолка-то нет!

— И что делать?

— Да вот как дождь на макушку капать перестанет, тогда и можно успокоиться.

— Не услышим обстрел, что ли?

— Ну ты деревня, — улыбнулся средний брат. — Как же ты чего услышишь, когда стрелять вокруг будут? Как ты до двадцати-то дожил?

— С трудом, брат, — улыбнулся Колясик, протягивая галету. — С заметным трудом!

Пришлось разделить, по-братски. Когда большую часть — брату. Ему нужнее. Он больше. И больше тратит калорий даже при меньшем количестве действий.

Призвали обоих Сидоренко в один день. Только одного забрали с городского военкомата после драки, а второго сдал под белы рученьки участковый, устав ловить при езде в пьяном виде без прав и на летней резине в ноябре.

Особые призывники — особые условия. Дальше всё просто было: перелёт, проезд, распределение, инструктаж, передовая.