Я узрел, что было сокрыто внутри скалы, именно в том месте, о котором говорила Алёна. Она не соврала мне, милая Алёнка, безумная богиня, мать моего сына…

Там в скале был маленький черный шарик. Незаметный. Диаметром в пару сантиметров.

Свернутое подпространство, вроде того, в котором сидел Владимир Соловьев. Вот только это подпространство было сжато уже до практически невозможных размеров и было замаскировано по высшему уровню.

Наверняка его изготовили Схроновы, при участии самого Павла Вечного. Но даже Схроновы были не в курсе, что Император собирается хранить в этом подпространстве само Перводрево, сущность магии…

Мои дальнейшие действия заняли меньше секунды.

Я махнул рукой, ударив по площади телепортацией, и все рыбаки исчезли из залива. Я отправил их вглубь Мальты, прямо на лодках. Мужики, конечно, перепугаются до смерти, зато избегут встречи с ракетами Либератора.

А потом я ринулся вперед, я пробил скалу, внутри которой был сокрыт шарик подпространства, а потом, разломав все защиты, погрузился внутрь шарика…

Ракеты оглушительно ухнули у меня за спиной. Либератор опоздал.

А потом наступила тьма.

И в этой тьме резко проступили очертания огромного зала, без окон и дверей.

Потолок здесь был высоким, как небо. Ввысь возносились белокаменные колонны.

Еще тут было трое Мальтийских рыцарей, последние люди Павла Вечного, верные его приказу сторожить Перводрево даже после смерти Государя…

Рыцари уже хватались за мечи и раздували ауры. У этих рыцарей магический дар, разумеется, сохранился. В этом подпространстве Либератор не мог отключить его, он не имел тут власти.

Я ударил по площади телепортацией и тут же отправил всех рыцарей в ирландский паб в Дублине. Пусть отдохнут…

Моя магия внутри этого подпространства работала безупречно, также как и снаружи.

А в центре зала меня уже ждало ОНО.

Материальное Перводрево. Святая Святых магократии.

Древо оказалось совсем небольшим — оно было, как Алёнка, черным и золотым.

Изящный ствол поднимался на пару метров вверх, кора была черной, как ночь, на Древе шелестели золотые листики, они будто трепетали на невидимом и неощутимом ветру…

На Древе росли золотые плоды — запретные яблоки магократии.

Перводрево издавало мелодичный звон.

Пощады, пощады, пощады…

— Ты знаешь, кто я, — напомнил я Перводреву, — Я не ведаю жалости. То, что должно свершиться — свершится.

Звон золотых листьев вдруг стало тоньше, они затрепетали стремительнее прежнего…

Я дам тебе власть. Власть, власть, власть.

Укуси меня — и получишь всё.

Мой Рюрик…

— Ложь, — бросил я, — Ты отлично знаешь, что Крокодил не способен усвоить твою МОЩЬ. Так что прости меня.