— Вот это всё моя земля. И вы находитесь на ней незаконно. Так что имею право вас расстрелять к лешему. У нас же правовое государство, так? И я сейчас в своем праве. А вот запретить вам взять в жены мою сбрендившую сестрицу я никак не могу, увы. Имперское законодательство о браке у нас тоже отменено, как вы знаете, так что девушки теперь могут выходить замуж без разрешения Старшего клана. Поэтому если хотите — хоть обженитесь. Главное — делайте это подальше отсюда.

— Саш! — Таня надулась и покраснела, явно от гнева, а не от стыда.

Словенов в очередной раз басовито расхохотался, явно забавляясь ситуацией.

Охранники Михаила уже стали расчехлять стволы, но Михаил просто махнул им рукой, чтобы не дергались.

— Я рассчитывал на конструктивный разговор, — холодно произнес Михаил.

— Ага, я тоже люблю конструктивные разговоры, — ответил я, — Вот только не с вами, господин президент. Не считайте меня идиотом, пожалуйста. Я отлично знаю, зачем вы приперлись. И зачем обольстили мою сестричку тоже. О, это вы всегда умели — быть очаровательным для дам… Вот только я вижу вас насквозь. Вы планируете развязать войну с Сибирской республикой, чисто ради вашего поганого Дубравинского леса, и пролить водопады русской крови. Вот только это путь в никуда. Вы хотите, как во Франции что ли?

В бывшей Французской Империи до сих пор шли тяжелые войны за имперское наследие. Американские колонии отделились от Парижа, Южная Америка в свою очередь отделилась от Северной, а от Южной Америки отделилась Амазония, а от Амазонии отделился Инка… Впрочем, последний воевал уже пять лет, он начал этим заниматься еще до отключения магии, когда все Империи на Земле развалились.

Вот только Франция развалилась, погрязнув в войнах, а в России всё прошло мирно — здесь либеральные масоны, как самые богатые и наименее зависевшие от магической мощи, просто собрались в Питере и поделили страну.

Ингрия досталась Меченосцеву, но его Либеральная партия проиграла последние выборы, после чего к власти и пришёл Михаил Буланов, который немедленно стал бряцать оружием, грозить президенту Сибири Буранову и заодно премьеру Московской Республики Громовищину…

— Послушайте… — осторожно произнес Михаил, — Вам отлично известно, что Сибирская Республика первой развязала вражду. Я устал от их провокаций, взять хотя бы тот арест партии нефти, которую мы в везли в Дальневосточную Республику… Буранов первым начал беспредел.

— Да мне насрать, — я тяжко вздохнул, — Вы вот что поймите, господин президент. Вы приехали сюда, чтобы Крокодил поддержал вас в войне за Вологодские леса? Этого не будет. Никогда. И да будет вам известно, что я на прошлых выборах вообще голосовал за Меченосцева, а не за вас. Ваша партия — дерьмо собачье. Ваши попытки сохранить привилегии АРИСТО, когда вы все остались без магии — это мертвому припарки, бессмыслица. Просто примите новую реальность. Россия теперь распалась на семнадцать республик. А магократии больше нет. И вы — отнюдь не Павел Вечный. Вы Павел Стальной, максимум.