Купол ярко вспыхнул, чуть обжег меня, издал оглушительный ВЗБУЛЬК. Но я был уже в Павловске, уже над дворцом, над самой вертолетной площадкой за ним…

Либератора трудно было не заметить — его фигура возвышалась на вертолетной площадке метров на шесть.

Он был похож на свою Тень, которая помогла мне и открыла последнюю Тайну радикалов — разве что состоял Либератор не из призрачной материи, а из какого-то темно-бурого мяса. А еще он был вдвое выше своей Тени.

Рядом с монстром висел волшебный кокон, сиявший магией — и я понял, что внутри этого кокона укрылся мой сын Рюрик. Он ждал меня, и Либератор не мог добраться до мальчика.

Еще на вертолетной площадке было полно трупов, вообще Павловск сильно изменился с того момента, как я посещал его в последний раз — город был засыпан снегом, дворец полностью выгорел, по улицам бродили последние обитатели Павловска, как какие-то призраки. Город казался пережившим апокалипсис, Либератор вырвал Павловск из его привычной среды обитания, а бои нанесли городу кровавые раны…

Я резко спикировал на вертолетную площадку за сгоревшим дворцом, и через миг уже твердо стоял на ней на ногах.

Я глядел прямо в глаза Алёнке — голой, истерзанной, окровавленной, с выбитым глазом, с покусанными каким-то ублюдками до мяса грудями.

Богиня выглядела сейчас, как живой труп.

Она стояла перед Либератором на коленях. Но теперь между девушкой и монстром стоял я.

— Мой герой, — прошептала Алёнка, облизнув кровавые губы.

Шею Алёнки сковывал алый магический круг — видимо, какой-то духовный ошейник. Я протянул руку и разорвал его в клочья, ошейник разлетелся на кровавые ошметки.

До Либератора тем временем наконец дошло…

— КРОКОДИЛ ПРИШЁЛ ПРИСЯГНУТЬ МНЕ! — захохотал монстр.

— Нет, я пришел тебя убить, — честно признался я.

Надо мной разверзлась красная вспышка. Потом еще одна, и еще…

Эти вспышки шли одна за другой, все множась, через мгновение они уже сверкали, не переставая и накладываясь одна на другую.

Весь мир стал красными вспышками, Либератор выдавал заклятия по тысяче штук в секунду.

Только толку-то? У него было Духовное Перводрево, и у меня оно было. У нас был паритет. Мы не могли причинить вреда друг другу. Но у меня, в отличие от моего врага, было и кое-что еще…

Алёнка, освобожденная от ошейника, тем временем стремительно преобразилась.

Она утопила свое истерзанное тело в потоках черно-золотой магии, а через секунду вынырнула из волшебных вихрей — преображенная и заново рожденная.

Измученной девушки больше не было, теперь рядом со мной парила богиня — черная, обнаженная и невероятно прекрасная, её волосы золотой мантией развевались за плечами, все три её глаза пылали страстью и гневом…