Понятное дело, что всё это нюансы и в той же Германской Империи есть патриоты, которые будут готовы воевать до последнего солдата и жрать даже крыс, но тут речь скорее о другом. Ведь такие случаи – исключения. А в армии Российской Империи сдохнуть, но сделать – норма. Нужно вытащить товарища из-под артобстрела? Солдат полезет, наплевав на свою жизнь. Вернее не так, свою жизнь он тоже ценит, но жизнь товарища – выше. Нет вина, пива или кофе? Так никогда и не было, подумаешь велика беда. Взяли в окружение? Просто отлично, теперь можно атаковать во все стороны, только бы огонь на себя вызвать.

Вроде и звучит как-то грустно, а с другой стороны, такие солдаты и выигрывают войны. Которые просто делают, молча, без споров, рвут глотки врагам. А если ещё и тыл не подкачает, то так это вообще непобедимая армия. Ну и командование тоже должно планку держать, к младшим офицерам претензии редко бывают, они со своими людьми на фронте всегда, всё понимают, а вот старшее командование порой нужно в чувство приводить.

Оболенский очень хотел дать отдохнуть солдатам, но сражение за Кёнигсберг продолжается. И каждый ещё способен внести свой вклад.

– За Веру, Царя и Отечество! Отдайте свою кровь! – Оболенский отдал новый приказ и первым разрезал ножом свой запястье.

Сразу же плющ почувствовал кровь, которая не успела упасть на землю и была вмиг поглощена.

Также поступил и Смоленко, а затем все начали подходить к краю Кровавой Арены, отдавая силы в угоду кровавой богине. Кто-то проливал немного, других, как Мишу, приходилось осаживать, а то мужики в себя поверили и забыли, что кровь у них не бесконечная. Также поступали и другие подразделения, приказы которым доносили люди Морозова и прочие отряды особого назначения.

– Больше… только больше… – голос Кристины начинал звучать в разуме каждого, а её сила всё возрастала.

Я же подвергся беспощадному натиску Гинденбурга. Затупленный клинок моего меча покрывался ужасными зазубринами, но ещё держался. Однако с каждым мгновением приближался момент, когда оружие треснет и сломается. И вот уже мой враг начинает заряжать очередной удар магией, создавая вокруг себя шаровые молнии.

Я почувствовал смерть. А затем сердце Кровавой Арены впервые ударилось. Эхо первой пульсации услышали все, после чего под куполом образовался кокон. Кровь залилась потоками, жуткий кокон начал раскрываться и из него вдруг показалась прекрасная как сама смерть девушка. Кристина наконец-то смогла вернуть себе тело.

И в последний момент перед столкновением моего меча и сабли Гинденбурга, она тут же воссоздала мне новое оружие. Сама же Кристина в человеческом облике переместилась мне за спину.