В любом случае я решил попробовать и тут же вся броня на моём теле засияла. В физике я не разбираюсь, однако, наверное, я стал чем-то вроде резистора? Или предохранителя? Не знаю, но в себя я поглощал огромное количество энергии и начинал её рассеивать через ментальное тело.

Благодаря же величине моей ауры мне удавалось направлять эту энергию и за пределы лаборатории. На поверхности сейчас уже вышла из строя вся электроника, металл тоже раскалялся, всё из-за магических полей, которые становились более насыщенными и затем меняли уже всем известные электромагнитные поля.

Но этого было мало, ведь цепные взрыв продолжались, и нагрузка росла. Лаборатория была огромной, и её энергия хотела выделиться, но не знала куда. В этот момент наши друзья взорвали лабораторию, вызвав обрушения нижних уровней, на которых мы находились, и обрушение ещё более нижних, где находилось подземное озеро.

И всё это резко рухнуло, энергия высвободилась и рассеялась землятрясением по всему Киеву из-за чего дома в округе тоже сложились.

— Проклятье, — произнёс я, снова покинув своё физическое тело, которое оказалось заключено под завалом.

— Это печально, — в разуме моём появилась и Кристина, которая удобно так устроилась в моём разуме.

Сидит прямо у озера, рисует, мне совершенно не помогает.

— Ты ещё обижаешься?

— Обида удел смертных. А я же богиня.

— Мне не хочешь помогать, помоги выжившим, если они есть…

— Есть, правда… как долго они проживут под таким завалом? Потому что портативные энерго барьеры ещё держатся, но их хватит на сутки, если поставить мощность на половину.

— Кристина, извини меня пожалуйста за то, что я уделял тебе мало времени и относился как к оружию, а не как к личности. Мне следовало тебя поддержать, а не оставлять одну наедине с жестоким миром.

— Нет, серьёзно, Саш, я не обижаюсь, но помочь никак не могу. Я очень далеко и энергия здесь фонит куда сильнее. Разбирайся сам.

— Покажи мне.

— Что показать? Грудь? Ах ты пошляк…

— Покажи мне как ты используешь свою магию крови. Я повторю.

— Ты не сможешь, да и крови здесь мало.

— Покажи! — рявкнул я, уже теряя терпение, ведь каждая секунда на счету.

— Хорошо, но… ты об этом пожалеешь.

— Мне нужна эта сила.

И тогда Кристина встала, после чего повернулась спиной к озеру и посмотрела на меня. Взгляд её был на удивление добрый, однако, как только она сделала шаг ко мне, то в них появилась боль. Со вторым шагом озеро замёрзло и ненависть мелькнула на алой радужке. Третий шаг отзвучал безумием, в котором сгорел изба позади. Четвёртый шаг стал олицетворением жестокости. А затем руки мои начали разлагаться, после чего всё окрасилось в багровые тона и кровь начала хлестать из моих вскрытых вен и артерий.