Кроме того, и всё сознание перенести я не смог. Слишком мало места, слишком большие повреждения. Магию использовать могу постольку поскольку и вообще изначально это тело должно было стать марионеткой, но план в последний момент поменялись.

Из-под моего контроля вышла местная военная полиция, а также силы ополчения. Боёв ещё не было, но напряжение возросло до невиданных высот. Лишь моё вмешательство через адъютанта и Владимира позволили остановить гвардию и лояльных Государю силы от жёстких и радикальных мер. Всё же военная полиция повязала многих наших офицеров, белый костяк.

А вот Алексеев слушать меня не стал и уже выдвинулся к нам. Кроме того, было собрано донское казачество, которое также согласилось подавить… слово бунт пока что не использовалось, но это именно он и был.

Я же раскинул свою сеть марионеток по всем Киеву, выставив их рядом с людьми вдовствующей императрицы, с людьми Соколовых, а также со всем другими потенциальными врагами начиная от организаторов задержаний и просто лидеров местного ополчения. К слову, возможно, всё происходящее просто недоразумение. В плане, я же расстрелял местную верхушку, а также многих снял с мест и посадил в тюрьмы. И подобные действия вызвали определённые вопросы, возмущения и подозрения уже меня в измене.

Именно поэтому я решил не устраивать жёсткое подавление, а выждать и пронаблюдать. Мне нужно точно знать кто и чей друг, а кто враг. И сейчас, когда началась смута, все начнут объединяться и вскрывать карты.

— Проклятье, — буркнул я, смотря как моя кожа побледнела.

Это тело не выдерживало нагрузки, но я всё равно использовал маскирующие чары, пусть и минимальные. В тени меня не видно, а я уже наблюдаю как глава военной полиции, командир батальона, спешно садится в грузовик и уезжает в северную часть Киева.

Сразу же марионетки начали свои перестановки, чтобы наблюдать за движущейся машине и убедиться в том, что нигде не будет пересадок. Практически в реальном времени я наблюдал глазами десятков трупов за этим передвижением. Также не скрылись от меня и действия на линии фронта, где военная полиция требовала выдать Владимира, как главного исполнителя.

Как быстро мои противники подсуетились, да? Ещё суток не прошло, как меня взорвали, а они уже вяжут всех, кто со мной связан. Только адъютанта не трогают, ну и гвардию, ведь те не подставляются, да и полки Государя с нами. Тронуть их можно, но потом зубы устанешь собирать.

Тем временем над Мариинским Дворцом шли раскопки. Дворцу также досталось, однако до подрыва все значимые персоны покинули дворец, включая вдовствующую императрицу. Да, в момент взрыва она была в своих покоях, однако мои подозрения от этого не уменьшились. Я могу доверять лишь себе, а также узкому кругу лиц, большая часть которых находится в Петрограде.