Кондрат смотрит на меня, потом на дочь, явно пытаясь сопоставить мои слова с некой внутренней матрицей рисков и управленческих решений.

– Экзистенциальная тоска? – переспрашивает он, и в уголке губ дрогнула почти неуловимая чёрточка начинающейся улыбки.

– У тебя бывает чувство тоски? – парирую я. – Вот и у неё бывает. Лечится одинаково – тёплыми объятиями и глупостями, сказанными шёпотом на ушко.

В этот момент Агния, как по моему заказу, издаёт недовольное кряхтение. Кондрат замирает.

– Категория? – шипит он мне, не сводя глаз с маленького личика, словно сапёр на минном поле.

Вещаю с миной ведущего передачу «Что? Когда? Почему?»

– Категория «скучаю». Ваши действия, мистер?

Он колеблется секунду, потом неуверенно прижимает дочь к груди и начинает… качать. Нет, это не укачивание. А скорее ритмичное подбрасывание в стиле «накачиваем бицепс». Агния от неожиданности затихает на секунду, а потом возмущённо захлёбывается криком.

– Стоп! Стоп! – хватаю его за рукав. – Ты не мешок с цементом грузишь! Ты её убаюкиваешь. Плавно. Из стороны в сторону. Представь, что ведёшь переговоры с очень вредным, но очень важным японским инвестором. Тот же принцип – стараешься угодить и никаких резких движений. Вчера у тебя всё получалось.

Он меняет тактику. Движения становятся более плавными, почти грациозными. И – о чудо! – Агния утихает, уткнувшись носиком в идеально отглаженный лацкан дорогого костюма. На лице босса появляется выражение триумфа. Словно он только что приобрёл нефтяной шельф по цене нефтекачки.

Ловлю себя на том, что смотрю на него с блаженной улыбкой умилённой мамочки. Вспоминаю о цели появления в его доме (месть отвергнутой женщины и уверенное будущее для Агнии) делаю лицо строгого инструктора. Приказываю:

– Не расслабляемся. Переходим к практикуму. Купание дочери.

Лицо Кондрата моментально теряет признаки триумфатора.

– Думаю, для этого есть… персонал, – говорит он, бросая взгляд на дверь, за которой, вероятно, прячется перепуганная горничная.

– Персонал в отпуске. По моему распоряжению, – сладко улыбаюсь я. – Ты хотел, чтобы информация о незаконнорожденной дочери никуда не утекла? Недели инфотишины мало, я дала им ещё парочку. Ты приказал нам никуда не уходить? Желал, чтобы я контролировала эмоции? Я решила контролировать всё! И контролирую… – Киваю в сторону двери. – Твой первый урок – ответственность. Без делегирования. Приступим!

В ванной комнате, больше похожей на спа-комплекс древнеримского патриция, царит атмосфера подготовки к высадке на Марс. Я наполняю маленькую детскую ванночку, проверяю температуру воды локтем, как учила меня ещё моя бабка. Кондрат наблюдает, засунув руки в карманы, всем видом показывая, что он здесь лишь наблюдатель.