— Товарищ нарком, майор госбезопасности Кривцов в приемной, — сообщил адъютант.

— Пусть войдет.

Дверь открылась. Вошел майор госбезопасности Владимир Кривцов, тот самый, что сопровождал Мюллера и Канариса из Минска в Москву. Он был из тех, кому Берия доверял — не полностью, но достаточно, чтобы поручать деликатные дела.

— Садись, — Берия указал на стул. — Есть работа.

Кривцов сел, положив на колени кожаный портфель.

— Нам нужно передать на Запад одну совершенно секретную информацию, — начал нарком, — но так, чтобы никто не догадался, что это наша инициатива.

— Если я правильно понял, товарищ народный комиссар государственной безопасности, — заговорил его подчиненный. — Источник должен быть заслуживающим доверия, но не из наших.

— Совершенно верно. Есть мнение, что для этого можно использовать либо Мюллера, либо Канариса.

— Последний предпочтительнее.

— Почему?

— Мюллер палач, а Канарис из старых догитлеровских служак, разведчик. К тому же, по данным полковника Ганса Оберста, адмирал участвовал в спасении евреев. К таким немцам на Западе относятся с меньшим предубеждением.

— Согласен. Вопрос только использовать ли адмирала втемную или превратить его в сознательного союзника.

— Думаю, как сознательного товарищ народный…

— Лаврентий Павлович…

— Семья Канариса, Лаврентий Павлович, осталась в Германии, а Гитлер объявил его предателем. Жена и дочери арестованы.

— Не очень-то он думал о них, когда с любовницей бежал в Англию.

— И тем не менее, если мы дадим ему возможность спасти их, думаю, он сделает все.

— Допустим, — кивнул Берия, — но все же не торопитесь раскрывать перед ним карты, нужно чтобы он сам проявил инициативу.

— Значит, нужен посредник, — проговорил Кривцов. — Кто-то, кто сам не знает, что работает на нас.

— Найдется такой, — откликнулся нарком госбезопасности. — Некто Алексей Михайлович Реутов. Инженер-ядерщик. Работал в лаборатории Курчатова, знает общие сроки изготовления и принципы работы изделия, информация о котором должна попасть на Запад… Он действительно пытался перебежать к немцам в августе, был задержан, осужден на десять лет. Сидит в Лефортово. О том, на какой стадии находятся разработки лаборатории, Реутов ничего не знает, но он ученый и может догадываться о сроках и методах.

— Тогда может подсадим его к Канарису?

— Не подсадим, — Берия покачал головой. — Подсадку адмирал раскусит. Он же разведчик. Нужна естественная встреча. Случайная с виду.

Майор госбезопасности слушал, стараясь не пропустить ни слова.

— Реутов отправится по этапу, — продолжал нарком. — Из Лефортово куда-нибудь подальше, но перед этапом он пройдет медицинский осмотр на Лубянке. Туда же на осмотр привезут и Канариса. Там нас есть коридор, где они могут встретиться. Не в камере, а в приемном покое, в очереди. Конвоиры отвлекутся. Пяти минут разговора будет достаточно.