Ульссен вылетел в Стокгольм по своим надобностям, даже не подозревая, что везет в портфеле очередную секретную депешу. В шведской столице, он опустил письмо в обыкновенный почтовый ящик.

Оно было адресовано доверенному лицу Гизевиуса, некому доктору Брауну, который регулярно обменивался корреспонденцией со стокгольмской клиникой, специализирующейся на эндокринологии.

Доктор Браун, несмотря на то, что действительно был известным эндокринологом, одновременно являлся агентом британской разведки, который не знал, что его связь с Гизевиусом давно известна НКВД.

Поэтому, тщательно скопировав послание, положил письмо в специальную ячейку в одном из банков Цюриха. У Гизевиуса в этом банке был «сейфовый депозит», куда письмо и переложил из ячейки хорошо оплачиваемый сотрудник кредитного учреждения.

Ганс Бернд Гизевиус, бывший сотрудник абвера, а ныне эмигрант, живущий в Швейцарии на положении «невыездного», получил уведомление о том, что в его банковскую ячейку поступили документы.

Такое случалось редко — ячейку он арендовал еще до войны, чтобы хранить копии секретных бумаг на случай, если нацисты доберутся до него. Теперь эти бумаги были переправлены на Британские острова, но ячейку клиент не закрыл.

Он пришел в банк один, без сопровождения. Охранник у дверей — швейцарец, спокойный и невозмутимый — кивнул, пропуская. Гизевиус прошел в помещение для клиентов, предъявил ключ. Клерк, пожилой мужчина в очках, проводил его к стене с ячейками.

— Четвертый ряд, седьмая сверху, герр Гизевиус, — напомнил служитель.

— Благодарю вас.

Протянув служителю купюру в пять швейцарских франков, Гизевиус вставил ключ, повернул. Замок щелкнул. Внутри, помимо старого конверта с засохшими сургучными печатями, лежал еще один — новехонький, без обратного адреса, с маркой Швеции.

Гизевиус взял конверт, вышел из банка. Только в номере отеля, запершись изнутри, он вскрыл его, дрожащими руками развернул листок. Почерк он узнал сразу.«Роды прошли успешно. Младенец весит около двадцати к. Родители довольны. Если адрес прежний, буду держать Вас в курсе происходящего. Вилли» .

Адресат перечитал послание дважды, потом откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Здесь было над чем подумать. Канарис был захвачен русскими — Гизевиус узнал об этом окольными путями. Следовательно, он мог написать это письмо лишь под диктовку НКГБ.

Вопрос в том, зачем советской разведке понадобилось переправить на Запад это послание? Что означает: «Роды прошли успешно. Младенец весит около двадцати к. Родители довольны…» ? Вероятно, речь идет о каком-то оружии. Возможно, стратегического значения.