— Хорошо. Желательно взять кого-нибудь из командиров этой банды живыми.

— Да, я отдал такой приказ.

Все было готово. Народный комиссариат иностранных дел в Москве уже составил ноты для иностранных дипломатических представительств, в которых сообщалось о срыве провокации британских специальных служб на немецко-польской границе.

Однако что бы вручить эти ноты, требовалось предоставить весомые доказательства причастности Соединенного королевства, чем и занимались сейчас люди Грибника, вместе с немецкими и польскими товарищами.

Ржепинский лес у погранпоста «Даммфорштадт», 12 февраля 1942 года.

Старший лейтенант Кравцов сидел на поваленном дереве, глядя в темноту. Впереди, в лесу, залегли два взвода автоматчиков. Люди не курили, не разговаривали, не шевелились. Только ветер гулял по верхушкам сосен, да изредка трещала ветка под тяжестью снега.

Кравцов посмотрел на часы. До рассвета оставалось семь часов. Группа диверсантов должна была появиться около двух ночи. Засада была готова. Дорога, ведущая к посту, простреливалась с трех сторон. Отход к лесу был перекрыт.

— Товарищ старший лейтенант, — обратился к нему сержант-радист, — поляки подтвердили, что готовы, ждут только нашего сигнала.

— Хорошо, — ответил Кравцов. — Передай им, что сигнал к атаке красная ракета.

— Есть, товарищ командир.

Сержант вернулся к рации, запищал морзянкой. Кравцов вглядывался в темноту. Ждать оставалось недолго. Ночь была черной, безлунной. Снег падал крупными хлопьями, заметая следы, которые группа диверсантов оставляла на лесной тропе.

Они двигались быстро, но осторожно, стараясь не шуметь. Их было сто человек бандеровцы, мельниковцы, польские националисты и недобитки из немцев. Лишь часть из них была одета в зимнее обмундирование Красной армии.

Командиры отделений прошли подготовку в разведшколе Абвера, владели русской речью лучше чем «ридной мовой». У них были автоматы ППШ, гранаты, пулеметы Дегтярева. Они выглядели как советская разведгруппа, заброшенная в тыл противника.

Разница была только в том, что ни по ту сторону границы между двумя социалистическими странами, ни по эту, врагов не было, если не считать, конечно, националистических банд.

— Через пятьсот метров — застава, — сказал старший группы, обращаясь к трем командирам отделений. — Выходим к ней с трех сторон. Первое отделение заходит с тыла, через лес. Второе — вдоль дороги. Третье — с фланга. У нас десять минут, чтобы зачистить пост. Никто не должен уйти. — Он посмотрел на часы. — Начало в три тридцать.

Отряд разделился, обходя заставу с трех сторон. На заставе было тихо. Только ветер гулял по двору, на посту замерли часовые. Подпоручик Княжинский, вместе с дюжиной своих подчиненных залегли в засаде.