— Спрячь кинжал! — спокойно приказал Иману. — Кого ты хочешь убить? Меня? Ребенка?

Чеченец тут же подчинился. Потом бросил взгляд на оброненную Васей шашку. Поднял ее. И тоже спрятал за спину.

Наконец, Вася смог оторваться от ребенка. Посмотрел на старика.

— Иман, скажи ему, что я забираю Дадо!

Чеченец удивлённо захлопал глазами: старшему грозить?

— Не надо, — усмехнувшись, ответил на русском Тагир — Я понимаю твой язык.

— Хорошо, старик. Я забираю Дадо.

— Значит, это ты Василий?

— Да. Ты слышал. Меня ребенок знает и зовет.

— Да. Слышал. Не сейчас.

—?

— Ты не понимаешь.

— Нет.

— Дадо мне все уши про тебя прожужжал. Все рассказал.

— Значит, ты знаешь о моем праве.

— Я знаю, что ты спас Дадо и его младшего брата. И, хоть ты мой враг, но ты хороший, правильный человек. Я думаю, что ты хороший человек, потому что ты позаботился о детях и отдал их в руки тех, кого они уже называют мамой и папой. Особенно про маму Дадо мне много рассказал. Евдокия — достойная женщина, если, не раздумывая взяла их к себе, назвала своими сыновьями и сделала так, что всего за несколько месяцев и они стали называть её мамой. У тебя есть право. Право вернуть Дадо его маме. Он сам так хочет. И я препятствовать не буду.

Вася, подчиняясь внутреннему порыву, поклонился.

— Спасибо тебе, Тагир.

— Всевышнего благодари! Я лишь исполняю его волю.

— Почему ты считаешь, что это его воля? — не удержался изумленный Вася.

— Ты не понимаешь?

— Поэтому и спрашиваю.

— Он послал тебя, чтобы их спасти. Он был уверен, что ты устроишь их судьбу. Он знал, что ты ни за что их не бросишь. Ты прошел долгий и опасный путь, чтобы найти Дадо. Не испугался. Не думал об опасности. Ты думал только о том, чтобы вернуть мальчика маме. Как же я могу вмешиваться и перечить его провидению?

— Гезель?

— Хорошо, что она ушла на женскую половину. Глупая женщина, что с нее взять?

— Почему хорошо?

— Ты же не для меня держал шашку в руке, когда вошел?

— Признаю, не для тебя. Для неё.

— Не суди её строго. Она поступила сообразно своему воспитанию и образу мыслей. Она думала, что Дадо будет лучше, если он вернется. Хотя просто могла спросить ребенка, где ему лучше. Не очень разумный поступок. Не суди.

— Не буду.

— И если встретишь как-нибудь, шашку не обнажай.

— Не достану. Обещаю.

— Хорошо, — Тагир кивнул. — И хорошо, что я покормил Дадо. Обратная дорога не будет в тягость. Вам пора. Погони не будет. Обещаю.

— Спасибо тебе, старик, — Вася поклонился еще раз. — И извини, что вошел неподобающим образом в твой дом.

— Надеюсь, — Тагир улыбнулся, — больше такое не повторится!