Полночь давно миновала. Утих наверху грохот колес экипажей. Гасли сальные огарки. Публика потянулась к выходу.

Спенсер подозвал кабатчика, высыпал на стол кучку золотых. Он был пьян, его фирменный «щелчок» еще не сработал.

Хозяин питейного заведения без звука ухватил соверен и бросил на стол горсть медяков. Я, сохраняя бдительность, несмотря на шум в голове, погрозил ему пальцем. В ответ кабатчик добавил пару серебряных копеек.

— C’est tout. Убирайтесь!

Я подхватил пошатывающегося Спенсера. Мы с трудом выбрались на улицу, цепляясь за верёвочные перила.

— Я — в норме, Коста, — уверил меня Эдмонд, вдохнув свежего воздуха. — Провожать меня не нужно. Не создал еще Господь жидкость, которая остановит англичанина! Ступайте — и обретите любовь!

Он двинулся к гостинице, как моряк, сошедший с корабля по прибытии в порт.

Я развернулся и, напевая, пошел в Красный переулок. Вспомнил, что планировал переговорить с Эдмондом о том, что хочу сестру с племянником перевезти в Крым. Но как-то было не до того. Белое и красное сотворили со мной свою шутку. На языке вертелось: «не то, чтоб очень пьян, но весел бесконечно».

Бесконечно веселым и слегка пьяным я поднялся в свою комнату. Громко сообщим всему миру, что я «как яблочко румян». В недоумении уставился на свою лежанку. На ней, поджав ноги и обхватив колени руками, устроилась Микри. Она, не мигая, молча смотрела на меня.

…Все-таки мозг человека — поразительный орган! Я это к тому, что за долю секунды он выдал на- гора сразу несколько тонн информации, вперемешку с воплем, оценкой ситуации и выработкой решения проблемы:

Вопль:

— мать твою! Ну, почему сейчас⁈ Ну вот, совсем не вовремя!

Оценка:

— слава Богу, что хоть не голая лежит.

— хоть и смотрит, не мигая, все равно — храбрится! Явно не в своей тарелке. Я же вижу, что ты дрожишь, Микри!

Путь решения:

— только спокойно! Я должен ей отказать. Но любой отказ для женщины в такой момент и в таком состоянии — жесточайшее оскорбление. Поэтому нужно так отказать, чтобы она поняла и приняла мой отказ спокойно и с непострадавшим достоинством. В противном случае даже не нужно будет ждать, когда она укажет на дверь. Может, и не укажет, а все равно, нужно будет собирать манатки и выезжать отсюда с сестрой и племянником. А это — еще тот геморрой!

…Получив всю необходимую информацию и проведя экспресс-анализ, начал действовать. Спокойно подхватил стул и намеренно перетащил его на дальний край стола, сел. Между мной и Микри была установлена бытовая граница в виде стола. Теперь Микри уже понимала, что я сделал это специально и никаких дешевых «бросились в объятия, слились в поцелуе, срывая друг с друга одежду» — не предвидится.