Интересно, с чего он так раздухарился? Сколько знаю Эдмонда, сколько с ним вместе пережито, но никак не разберу, где он настоящий. В нем словно живут два человека. То ли это от того, что он англичанин. Неслучайно, историю про доктора Джекила и мистера Хайда породил британский ум. То ли эта двойственность есть продукт совмещения двух профессий — ученого-исследователя и разведчика.
Не знаю, какой из Спенсера ученый, но стоит признать: он дотошен, горит энтузиазмом, хотя и несколько поверхностен, ибо не имеет продуманной программы исследований. Не мне судить о состоянии современной науки, но Спенсер производит впечатление человека, лишь пытающегося выглядеть серьезным ученым, при этом застрявшим в прошлом веке. Этакий энциклопедист, которого интересует все подряд — от флоры и фауны Кавказа до лекарских практик черкесов и их свадебных обрядов. Бумаги извел уже целую пачку. Пишет украдкой, чтоб не повторилась впредь история второго дня нашего пребывания в горах. Рисунков понаделал немало. Рисовальщик он, кстати, неплохой. Уйма талантов в этом человеке!
Что же касается Спенсера-разведчика, мне непонятно главное: как при такой профессии, он остается в первую очередь политиком, а не собирателем точной информации? Посмотрел я несколько его заметок и даже готовых «писем», которые будут включены в книгу. Там такой бред! Сплошь очернение всего, что делает Россия на Кавказе! И серьезная недооценка ее потенциала. Почитают Спенсера в Лондоне и решат: подумаешь, Россия… Еще немного — и черкесы ей гол забьют и вылетит она с треском из плей-офф.
Как можно шпиону выдавать желаемое за действительное? И как сможет лорд Палмерстон принимать решения на основании искаженной картины, нарисованной подобными горе-аналитиками? Или подобное — норма для британского политического истеблишмента? Решено! Если благополучно вернемся в Турцию, напишу собственную записку на имя главы правительства. Постараюсь объяснить, что, благодаря своим агентам, Кабинет его величества видит не дальше собственного носа. Быть может, на берегах Темзы задумаются о последствиях. Остается придумать, с кем передать письмо в Лондон.
Все эти мысли пришли мне в голову, пока я трясся на лошади, пялясь в спину Эдмонда. Мы двигались в сторону Анапы в сопровождении небольшого эскорта. В окрестностях бывшей турецкой крепости шли активные военные действия. Горцы, как разъяренный пчелиный рой, слетались в тот район, чтобы отомстить русским за разорение края между Анапой и бухтой Цемес. Летняя экспедиция генерала Вельяминова не прошла бесследно и все еще продолжалась. Не прекращались бесконечные военные стычки. Борьба шла с переменным успехом.