— Хорошо. — Афина слабо улыбнулась, но из глаз все еще текли слезы.

Ее товарищ и бывший главный помощник слегка обнял девушку и отошел. Очинг, житель африканского континента, всегда хотел стать шаманом, веря, что на Другой Стороне сможет разбудить наследие предков. Отчасти ему это удалось. Каким-то чудом Очинг научился оживлять камни и другие предметы. Он утверждал, что управляет духами, но, по правде говоря, умение выглядело скорее забавным, чем полезным, а главной силой псевдошамана являлись крепкие руки, верный глаз и умение управляться с копьем. Но Афина его ценила за оптимизм — парень не умел сдаваться.

Через полчаса она окончательно успокоилась и с тоской оглядела загон, где сидели остатки ее команды. Всего пятнадцать человек. А ведь когда-то отряд насчитывал в два раза больше людей, и они были свободны!

Афина обманула Очинга — ее способности действовали. Почему — она не знала. Сведущий человек поведал бы ей, что она коснулась силы, поэтому рабские ошейники не могли блокировать навыки, связанные с талантом, но рассказать об этом было некому. Зато Афина точно знала, что именно она виновата в гибели людей, и считала себя преступницей, хотя и вынужденной — слабое утешение для человека, который мог предотвратить смерть товарищей, но не стал.

Когда Другая Сторона только появилась, Афина даже не думала о том, чтобы отправиться в безумный и чуждый мир. Интуиция кричала, что ничем хорошим это не закончится. Но хрупкая девушка зависела от мнения окружающих, а больше всего на нее влияла старшая сестра — Олимпия. Желая помочь трусишке, Олимпия уговорила ее разок посмотреть на страшную Другую Сторону в надежде, что Афина станет немного храбрее. Так совпало, что правительство объявило «экскурсионную» программу, в рамках которой близкие родственники могли бесплатно посетить новый мир. Чиновники хотели собрать статистику, чтобы понять, как разные люди получают способности. В итоге сестры смогли записаться в программу и вдвоем совершили переход.

Все, кто знал хрупкую и чувствительную девушку, крутили пальцем у виска. В отличие от боевой сестры, Афина меньше всего годилась для подобных приключений. Так и получилось: едва она попала в старательский лагерь, как свалилась в обморок от непонятных ощущений.

По контракту Афине полагалось провести на Другой Стороне сутки и активировать интерфейс. Сестры попали в разные места, поэтому девушка сидела в одиночестве на центральной площади и отказывалась двигаться с места. Голова кружилась, ее подташнивало, все выглядело странным и нереальным, а через четыре часа случился второй приступ. Она словно увидела себя стоящей на бескрайнем поле битвы, усеянном мертвыми людьми. Образ был настолько ярким, что вызвал непродолжительную кому, из которой испуганный интендант вывел Афину пыльцой.