— Черт, так неинтересно, — разочарованно протянул Мигель. — Я бью, а ничего не происходит, только чувствую, как моя оболочка разрушается.

— Если ударишь сильнее, то перегрузишь мою защиту.

— Нет уж! У меня ощущение, что я руку в глотку монстру заталкиваю: еще немного — и он ее откусит. Как всегда, ты испортил все веселье! — обвинил он соперника.

— Всегда пожалуйста…

После спарринга Алекс отправился на очередную синекуру — Рауль попросил его переписать хоть какие-нибудь крутые умения в книжку для передачи другим старателям, но как он ни пытался — ничего не вышло. И навыки переписывались кое-как, — так бывает со сложными способностями — и перенять их никто не мог.

Впрочем, альтернативой всегда оставались поднадоевшие упражнения, поэтому он не сильно жаловался.

Рутина накрыла не только его. Вообще, чем сильнее люди становились, тем меньше дел в лагере оставалось. Командор пытался всех занять, но лишь мастера и их добровольные помощники были постоянно при деле, но и там прорывов давно не случалось. Да и что ценного можно сделать из камней и палок, а других материалов считай что не было — ценный металл давно истратили на датчики, оружие и другое снаряжение. Все это, конечно, нужно, но поселок испытывал жуткий дефицит, а снаряжение хранцев промоталось слишком быстро. Хотя прошло не так много времени.

Для набора опыта ремесленники переделывали старые изделия, но от многократной перезаливки энергии свойства материала ухудшались, и этим старались не злоупотреблять.

В общем, многие откровенно скучали и не знали, чем себя развлечь. Зато отношения получили дополнительный импульс и бурно развивались. Правда, старатели, в силу авантюристического склада характера, не отличались постоянством, поэтому регулярно возникали новые романы и разрушались старые, что становились предметом активного обсуждения, особенно у женской половины лагеря.

Алекс даже удивлялся, что Сильвия до сих пор вместе с Мигелем. Зная вздорный нрав девушки, он не ожидал от нее такой верности и не удивился бы разрыву. Видимо, диковатый мексиканец нашел-таки дорожку к ее сердцу. А вот за Марту с Торвальдом он никогда не волновался.

Линда с Томасом сошлись окончательно. Но больше всех отличился старина Дарен: он начал ухаживать за самой загадочной женщиной лагеря — за Асией. Похоже, что неоднозначная репутация главного медика и ее эксцентричный характер парня не смущали.

Все эти события указывали, что поселок живет мирно, а война ушла в прошлое. Вот только Рауль был чем-то недоволен и вызвал Алекса на разговор.

— Как продвигается трансформация? — прямо спросил он.