— Там никого.

— Тогда зачем вы стреляли? — буркнул Исаак. — Я едва остановил три эти горячие головы, а то они хотели побежать за вами.

— Там был один бедолага. Совсем выжил из ума, от болезни и голода. Его было не спасти, — сказал я.

— Один мой брат по вере рассказывал, что в Пфальце, лет двадцать назад, было тоже самое, — грустно протянул Анри д’Арамитц.

— Так где нам теперь искать вашего друга? — нетерпеливо спросил де Порто.

Я влез на лошадь и перезарядил пистолет.

— Давайте найдём, где заседал городской совет. Ратуша или до бургомистра? — последнее я спрашивал скорее у Миледи. Она кивнула.

— Ратуша. Я покажу дорогу.

Никто не возражал. Мы вновь пустили лошадей по пустым и узким улочкам Лилля. Чем ближе мы были к центру города, тем больше жизни возникало вокруг. Правда, от лицезрения этой «жизни» никому из нас легче не становилось. Крысы, бездомные собаки и перепуганные, грязные люди, покрытые уродливыми бубонами.

Парочка попыталась приблизиться к нам, и мне пришлось стрелять в воздух. Я не врач, я понятия не имею, передаётся ли чума от простого кашля или прикосновения. Но я не мог рисковать ни собой, ни друзьями, ни тем более Миледи. Слава Богу, несчастные больные отступили, стоило мне пальнуть в небо.

— Мы совсем ничем не можем им помочь? — грустно спросила Миледи, проезжая мимо лежащего на земле мертвеца. Несколько крупных крыс, объединившись, отгоняли от тела тощего пса.

— У вас целая сумка со снадобьями, есть там хоть что-то от чумы?

— Смеётесь? — грустно покачала головой девушка. Я вздохнул.

Наконец, мы оказались у белого каменного здания. Людей вокруг не было, но по какой-то причине не было и трупов, и мусора, и бродячих животных. Мы проехали по вымощенной площади перед ратушей, и заметили движение в здании. Людей там было много. Я спешился. Одно из окон раскрылось, и я услышал знакомый голос:

— Шарль! Анна! Какого чёрта вы тут забыли⁈

— Хьюго! — рассмеялся я. — Наконец-то мы вас нашли!

— Отойдите, на три шага назад, — раздался вдруг глухой, словно потусторонний мужской голос. Я повернулся на звук. Из ворот ратуши выходил человек, затянутый в чёрный кожаный плащ. На его руках были перчатки, по локоть. А на лице жуткая маска-клюв.

— Не стоит говорить со мной в таком тоне, — отчего-то взвился я. Может быть, кровь д’Артаньяна действительно не могла стерпеть такого повелительного обращения от особы не королевской крови. А может бы я сам просто хотел казаться самым крутым и опасным, в присутствии Миледи. Может и то и другое.

— Не стоит спорить с врачом, — снова раздался глухой голос. Мужчина в маске чумного доктора — чёрт возьми, да это и был самый настоящий чумной доктор! — подошёл к нам. Он был одного со мной роста, но может быть чуть уже в плечах. Оглядев всех нас, он продолжил: