Надо сказать, что, если вы хотите увидеть Делёза в действии, стоит обратить внимание на замечательное, довольно длинное интервью, взятое его студентами и соавторами. Оно называется «L’Abécédaire de Gilles Deleuze»; в этом интервью студенты выбирают для него темы для выступлений, начиная с A — animal [ «животное»]; B — boisson [ «выпивка»], где он говорит о Ф. Скотте Фицджеральде и алкоголизме. Теперь это интервью есть с английскими субтитрами, и с ним стоит ознакомиться: это прекрасный, интересный опыт. Но рассуждения Делёза сегментарны, а не непрерывны. Можно увидеть, что сама работа Делёза в некотором смысле сегментарна, и мы поймем в каком, вернувшись к «Анти-Эдипу». Пожалуй, следует сделать это прямо сейчас.

Самая загадочная из всех делёзовских категорий — тело без органов. Это один из главных концептов, возникающих на страницах «Анти-Эдипа», и этот концепт обретет долгую жизнь. Делёз черпает идею у другого писателя, который был особенно важен для этой книги, — актера по имени Антонен Арто, которого можно увидеть в великом немом эпосе Абеля Ганса о Наполеоне. Арто стал очень знаменитым. Покинул Европу, отправился в Мексику, жил с племенем тараумара, принимал всевозможные stupéfiants{108} . Лечился в клинике в Родезе, где жил и умер Ван Гог{109} . Затем вернулся в Париж. У него была собственная теория театра, которую он назвал «театром жестокости», возвращением театра к телу. Он произнес весьма известную речь под названием «Pour en finir avec le jugement de Dieu», «Покончить с Божьим судом», великолепный, бредовый монолог, который есть в записи{110} . Тело без органов — это бредовая идея из этой речи Арто, и существует немало разногласий по поводу того, что оно означает, всегда ли оно означает одно и то же и означает ли оно вообще хоть что-нибудь. Я предпочитаю рассматривать тело без органов как еще одну версию синхронического, в том смысле, что оно имеет отношение к некоему присутствию во времени, чистому отношению. Как правило, мы даже не осознаем, что у нас есть органы, пока не болеем или не испытываем боль. Эта боль — чужак, орган, код. Клиницисты составили карту тела и его нормальности. Это — другой тип тела, пустое тело, тело без органов, но это пространство, скажет Делёз — и это опять же язык «Анти-Эдипа», — пространство записи (a space of inscription){111} , в котором кодируются или записываются всевозможные вещи. Коды — тропы охотников и собирателей, места, куда животные приходят на водопой, заросли, где можно отыскать редкие лекарственные растения.