Поскольку все тексты, которые вы должны будете прочитать к следующей неделе, будут посвящены идентичности, политике идентичности и особому виду отчуждения, я хочу, чтобы вы понимали: все эти формы политики идентичности — отчужденные формы инаковости. Все они являются продуктом взгляда. Небольшое предуведомление: первый вопрос, которым следует задаться в связи с работой Сартра о еврейском вопросе, — «что такое еврей?». Это вполне очевидно, говорит Сартр. Еврей — тот, кого другие люди считают евреем. Ага! Это и есть отчуждение взгляда. Это значит, что я определен. Что я чувствую внутри? Да ничего не чувствую. Внутри никто не может чувствовать себя евреем, чернокожим или женщиной. Мы лишь чистое сознание, безличное сознание.
Откуда тогда возникает эта ситуация, этот стереотип или определение? Они исходят от других людей, и поэтому все эти примеры иллюстрируют бытие, представляющее собой отчуждение меня другими людьми. И, наконец, расширив проблематику политически, вы увидите, что она включает в себя колонизацию, ведь речь идет о периоде 1940-х и начала 1950-х годов, который непосредственно предшествует великому моменту деколонизации, начавшемуся, полагаю, с обретения Ганой независимости в 1957 году. Алжирская война уже идет. Это великий момент национально-освободительных войн по всему миру. И, конечно, колонизация — еще одна форма отчуждения другим. И здесь очень четко видно, кто является агентом отчуждения. Колонизатор отчуждает не только собственность, труд и так далее, но и само бытие колонизируемого. Работы вроде тех, которые написал Фанон, будут сочетать в себе психоанализ этого феномена с политическим памфлетом.
Думаю, остановимся на сегодня. Вернемся к этой теме завтра. Надеюсь, вы получили представление о том, как вся эта огромная работа вытекает из онтологического вопроса.
28 января 2021
4. После Сартра (Сартр, Мерло-Понти, Бовуар, Фанон)
Я хочу повторить то, что уже говорил: суть понимания философского концепта заключается не в том, чтобы соглашаться или не соглашаться с ним. Мы рассматриваем эти понятия с исторической точки зрения, а также с точки зрения их релевантности для нас и содержащейся в них общей истины. Я не думаю, что эти вещи разделимы. На мой взгляд, основной способ понять концепт — разобраться,против чего он направлен. Когда мы доходим до Мерло-Понти, например, становится ясно, что он выступает против сартровской идеи отрицания и сознания, но при этом остается в рамках сартровской проблематики. То есть он принимает проблематику инаковости, задаваемую Сартром, но стремится оспорить или раскритиковать абсолютную негативность, но также — в другом смысле — расширить и развить сартровскую проблематику. Первое, как мне кажется, что надо сделать, — это понять, как концепт вписывается в данную систему и как историческая проблематика обеспечивает контекст, в котором его нужно понимать. Затем придет черед вашей собственной оценки; но, думаю, она не так важна с исходной точки зрения.