Загадочная старая караимка Айбике!
Она сказала, что мы еще встретимся.
Что бы это ни значило, но свидеться очень хотелось. Приокрыть, если получится, завесу тайны над циклом моих перерождений. Зачем они, что от меня хотят? Справился ли?
Если и был в мире человек, могущий подсказать, то это лишь она, Айбике, Луноликая.
Так что привет тебе, Крым! Я еду.
Глава 24
Передо мной высился гигантский желто-серый кряж. Почти лишенный любой растительности, прокаленный крымским солнцем. Высушенная трава, голый камень, и руины на вершине. Чуфут-Кале, «иудейская крепость». Древняя обитель караимов, покинувших ее несколько десятков лет назад.
Сюда, в Иософатскую долину, меня привели поиски Айбике. Найти ее оказалось непросто.
В селении, рядом с котором ее встретил в 94-м, о ней никто не знал. Не было ее ни в Бахчисарае, ни в Евпатории, куда караимы массово переехали, когда ушли из Чуфут-Кале.
След подсказало упомянутое Луноликой имя ее рода, к которому она принадлежала, — Бобовичи. Очень знаменитая семья. Самый известный представитель — Сима Соломонович, умерший во время Крымской войны. Он лично встречался не с одним русским императором и был признанным лидером нескольких караимских общин. Один из его сыновей, Шалом, евпаторийский купец, сообщил моим людям, что его тетка Айбике уехала в Палестину, паломничество в Иерусалим.
— Странный этот Бобович, — докладывал мне Ширинкин, занимавшийся поисками. — На крымчака-жидовина совсем не похож. Европейское платье не носит. Одевается ярко, что у евреев запрещено, скорее как крымский татарин. Талмуд для него не священен, только Ветхий завет. А тетка в Иерусалим уплыла.
— Это все? — вырвался у меня разочарованный возглас.
— Не все. Сказал мне, что Айбике Бобович, в девичестве Шайтан, поддерживала тесные отношения с отшельником мертвого города и ученым Аврахамом Фирковичем. У него остались ее документы. Так сказал Шалом.
— Так, стоп! Что за мертвый город и кто такой этот Фиркович? — у меня мелькнул лучик надежды вместе с мыслью, что фамилия или прозвище отца Айбике весьма точно отражает ее загадочность.
— Мертвым городом называют Чуфут-Кале. А Аврахам — известный собиратель древних караимских рукописей. Только он уже умер. Однако часть его библиотеки осталась в старом молитвенном доме, Большой Кенассе. За ней присматривают двое сторожей, братья Пигит, Яков и Иосиф. Если документы нужны, можно подняться в Чуфут-Кале и узнать.
— Не нужно суеты наводить. Сами съездим. Без помпы и встречающих. Тайный визит.
Так я оказался у подножия Чуфут-Кале.
Мне подвели низкорослую татарскую лошадь. На ней проще и безопаснее взбираться наверх по крутой тропе — единственному пути к древнему городу-крепости, окруженному с трех сторон отвесными скалами.