Дима разливает шампанское снова - бутылка шипит, пузырьки взлетают вверх серебряными нитями. Смех звенит легко, заразительно: Тим рассказывает какую-то глупую шутку про свой «боярский» характер, и я смеюсь, откидывая голову назад, чувствуя, как влажные пряди волос липнут к шее. Все кажется таким простым, таким правильным - будто мы знаем друг друга не часы, а годы.

Я сажусь на широкую лавку между Тимом и Кириллом. Их тела близко - слишком близко, чтобы это было случайно. Колено Тима прижимается к моему левому бедру, теплое, твердое, и я ощущаю это касание каждой клеточкой. Колено Кирилла - справа, чуть выше, и его кожа кажется еще горячее, будто он только что вышел из самой глубины парилки. Я сижу неподвижно, но внутри все трепещет: два источника тепла по бокам, и я - между ними, как в сладком капкане. Полотенце на мне чуть сползает с плеча, обнажая ключицу, и я не поправляю его - пусть смотрят. Пусть чувствуют то же, что чувствую я.

Тим наклоняется ко мне медленно, его дыхание сначала касается уха, потом скользит ниже, к шее. Губы едва-едва прикасаются к коже - легкий, пробный поцелуй, почти невесомый, но от него по телу разливается волна жара, такая сильная, что я невольно втягиваю воздух. Его губы теплые, чуть влажные, и он шепчет прямо в эту точку, где пульсирует вена:

- Ты - наше лучшее открытие года, Ксю...

Голос низкий, хрипловатый от шампанского и желания, и эти слова проникают глубже, чем прикосновение. Я поворачиваюсь к нему - медленно, словно в замедленной сьемке, - и наши губы встречаются. Поцелуй начинается легким, пробным: просто касание, мягкое давление, но почти сразу становится полным жара. Его губы раскрываются, язык скользит по моему, нежно, но настойчиво, пробует вкус, дразнит. Я отвечаю, пальцы сами тянутся к его шее, переплетаются в волосах. Внутри все сжимается сладко, желание вспыхивает заново, пульсирует внизу живота, заставляет бедра невольно сжаться.

Кирилл наблюдает - я чувствую его взгляд на себе, тяжелый, темный, полный того же огня. Он не говорит ни слова, но его рука медленно, уверенно ложится мне на талию - пальцы скользят по коже под полотенцем, обхватывают нежно, но властно, притягивая чуть ближе к себе.

Я едва успеваю выдохнуть после поцелуя с Тимом, как Дима тихо поднимается, бросает на нас мягкий, понимающий взгляд и говорит низким, спокойным голосом:

- Пойду покурю на террасу. Свежий воздух зовет.

Дверь предбанника закрывается за ним с легким щелчком, и в помещении сразу становится гуще воздух, теплее тишина. Только далекое потрескивание дров, наше дыхание и биение моего сердца, такое громкое, что кажется, они оба его слышат.