В дверь тихо постучали.

— Господин Старший Староста, можно зайти? — вошёл Иван Мозгов. Снова рядом, как и обещал. — Поздравляю, братишка! Хотя, если честно, я думал, он тебя обойдёт. Слишком уж он хитрожопый аристократ, умеющий плести интриги.

— Он пытался. Мы просто не дали ему это сделать, Ваня.

Потом мы вместе вышли из аудитории.

— За старшего старосту! — кто-то заорал с другого конца улицы, и толпа студентов разразилась радостным гулом.

Я кивнул, расправляя плечи. Достал из кармана бумажный конверт со штампом ректора. Внутри пятьдесят тысяч рублей. Моя первая стипендия на новой должности. Официально, теперь я — не просто какой-то новичок с улицы, а человек, чьё слово что-то да значит в этом месте. Улыбка вырвалась сама собой. До этого момента мне было все равно, а теперь не нужно было думать, где найти денег на квартиру, которую мы снимали с Иваном. А что сейчас? Теперь мы шли праздновать.

Мы собрались нашим близким кругом, Я, Иван, Алина и Лия.

— Демид, ну ты и дал! — Алина шагала рядом, глаза её светились теплом. — Один голос. Всего один голос! Ты ведь видел, как Орлов побледнел от злости?

— Если бы он побелел чуть сильнее, я бы вызвал целителя, — ухмыльнулся я. — Хотя, может, у него просто совесть проснулась. Ненадолго. Да нет, о чем это я. У таких как он нет совести с рождения.

Сзади, чуть отставая, шли Иван и Лия. Иван уже не выглядел как тень самого себя — коротко остриженный, подтянутый, в новой форме, с эмблемой академии. Лия — с распущенными волосами, в полупрозрачной накидке, завораживала всех прохожих взглядом. Симпатичная была, но я на неё не претендовал. Уж очень она нравилась моему братишке, а в ордене Ассасинов было негласное правило, не претендовать на баб своих братьев. Ему я и следую в моей новой жизни.

— У нас же ещё одно событие! Мозгов вернулся, — сказал я. — Теперь можно рисковать. На двоих — и пламя не так жжёт. Верно?

Мы дошли до «Пьяного Пегаса» — бара, где встречались все: от пыльных алхимиков до старших преподавателей факультета разрушения защиты от магии. Место шумное, пропитанное духом студенческих авантюр и дешёвых зелий. Под потолком летали светлячки, между столами сновали официанты, а на сцене гудел оркестрик с медными трубами.

— Нам столик, — сказал я одному из официантов, — подальше от сцены, но с хорошим обзором.

Через пять минут на столе уже стояли бокалы с эфирным мёдом, кувшин с кипящим сидром, тарелка шашлыка из баранины и гора хлеба с маслом и чесноком. Живём.

— За победу! — поднял бокал Иван. — За то, что кто-то наконец дал по зубам Орлову. За тебя, брат.