Прогулочным шагом проходим около двухсот метров по набережной. Пока неплохо. Морской воздух прекрасно освежает, говорю себе и храбрюсь. Затем нас подбирает то, на чем мы должны будем провести – сколько ты говоришь, радость?

- Два часа, включая туда-обратно, - радостно сообщает мне Оксанка.

Ее загоревшее личико сияет такой радостью и предвкушением, морской ветерок так озорно лохматит ее золотистые, выгоревшие на солнце волосы, а в позеленевших карих глазках так красиво отражается такой же светло-зеленый Атлантик, что я в очередной раз беру себя в руки.

– Как с погодой повезло, - говорит она. - Какое спокойное сегодня море.

С погодой? Да она тут всегда такая. Вчерашние капельки – не в счет. А эта посудина, на которой мы сейчас стоим, кажется мне совсем крошечной и ходит под нами ходуном. Два часа... Блин, хватит по самое не хочу. А я уже не хочу. Но что поделаешь – надо. Надо доставить радость моей девушке. И вообще, может я вовсе и не страдаю морской болезнью.

Страдаю. Очень скоро выясняю это. Я – хроник, если можно так выразиться. Е-мое, хреново-то как... Куда бы деться... Куда бы деть себя... В гробу видал я это гребаное море... И китов... Да их и так не видать нигде... Только один раз к нам подплывыает какой-то любопытный дельфин, которого мне хочется чем-нибудь стукнуть. Оксанка в начале еще пытается восторгаться морем, солнцем, воздухом, но я никак не участвую в беседе, стараясь просто и тупо сделать так, чтобы меня не стошнило прямо на палубе. Оксанке тоже скоро становится нехорошо, как и многим пассажирам. Мне же просто хочется прыгнуть за борт.

- Бля, Оксанка, какого хрена мы тут делаем, - стону я наконец, не в силах сдержать уже этот риторический вопрос... – Это же жесть просто.

Говорят, когда качает, надо смотреть на воду. От этого вроде становится немного легче, но я считаю минуты до нашего возвращения и чуть ли не бегом бегу на берег.

- Вот это завершение отпуска, - качаю головой, когда мы с ней немного приходим в себя.

Она смотрит на меня с грустным упреком: - Мне тоже было плохо... Я же не знала, что так будет.

- Да уж. Хотели быть вместе – вот и получили, - почти смеюсь я. - Коллективную тошниловку, - нахожу в себе силы прикалываться.

- Ну знаешь что, - говорит она внезапно резко. – Если ты знал, что тебя укачает, мог бы что-нибудь другое придумать. Если тебе вообще было важно провести время со мной.

Да, давай. Это просто супер. И это именно то, чего нам не хватало в этом отпуске, отстойном, будем говорить начистоту. Нам не хватало ссоры. Тебе, по крайней мере.