Уж не знаю, почувствовала ли Нургия, что с вопросами стоит завязать, или и так всё поняла, но больше она не проронила ни слова. Прислонившись спиной к толстому стволу дерева-ориентира, прикрыла глаза и будто бы задремала. Взглянув на неё, Бог Тьмы растаял в воздухе, дав понять, что и мне сейчас не стоит его беспокоить.

Вновь Старик появился перед нами через час. Как раз в тот момент, когда я услышал вдали грубые голоса огроидов. Через несколько минут мы увидели жреца, Арга и Варга, Грока и ещё пятерых здоровяков. Все вновь прибывшие имели минимум сотый уровень.

— Благодарю, что пришли мне на помощь, друзья мои, — чуть склонив капюшон, произнёс Старик. — А теперь идёмте. Поможем вашим братьям и сёстрам.

— Это мы должны благодарить тебя, Древний. Спасибо, — низко поклонился жрец. — Веди нас!

Тот час, что мы ждали Дрохена, я провёл с пользой. Нургия не уснула, как я подумал изначально, и нашла в моём лице нового собеседника.

— Почему ты пришёл с Древним? — неожиданно спросила она.

Я не стал лукавить и рассказал ей о том, что мы пытаемся остановить Тление, что многие люди сражаются ради этой цели, не щадя своих жизней; что, собрав Зуртарн, поможем всему Миру.

Я старался показать ей, что не все представители моей расы плохие. И в то же время подчёркивал, что бьёмся мы против людей; и конкретно сейчас, когда наши войска направляются в Лонгеру, эта война — «дело людей». Не хватало ещё, чтобы импульсивная огроидка воодушевилась моими речами и не начала агитировать соплеменников присоединиться к нашей армии. Насколько я успел узнать её, подобное вполне можно ожидать от Матери Племени. Но я против. И на то у меня есть причины: во-первых, хочется разобраться своими силами, не втягивая в резню «малочисленные народы». Во-вторых — и это главное — я не хочу, чтобы огроиды убивали людей, а люди (те, что служат королю), в свою очередь, видели на нашей стороне монстров. При определённых усилиях этот факт можно так извратить, что рядовые воины короля будут считать нас порождениями Зла наравне с Тлением.

С Нургией я смог наладить контакт, чему, полагаю, очень помог прокаченный «Магнетизм отвергнутых». После моего рассказа она поубавила гонор и даже, как мне показалось, стала иначе смотреть на меня, а также «созрела» и для откровенностей.

— Послушай, а можешь поподробнее рассказать о Безумном Боге? — спросил её я. — Кто это такой?

— Древний не рассказал тебе, недоволхв? — слегка удивилась огроидка. — Что ж… — она поморщилась, будто от боли, и отвела взгляд. — Он Бог. И он безумец. Шаман и жрец считают, что его поразило Тление, хотя видно, что они не уверены в своих словах. Но других объяснений у нас нет. Мы не поклоняемся Богам, но и не отрицаем их существование и силу. Представь, каково нам жить бок о бок с одним из них? Да ещё и лишённым разума? Сочувствия? Сострадания? — Нургия задрожала, но практически сразу же взяла себя в руки. А затем рассказала мне всё, что знала о том, с кем так хочет встретиться Старик.