Когда мы поднялись на шестой этаж, то я увидела Тиморию, выбегающую из моей комнаты к себе. Когда мы зашли в гостиную, я поняла смысл её маневра — на столе стояла коробочка с пирожными, а сама Хмилья уже хлопотала у стола. Едва мы вошли, она поклонилась, и выпрямилась после дозволения её величества.

— Айрис, дорогая, а где находятся твои покои? Полагаю, тебе тоже следует подготовиться к опере.

— Но я… у меня… — начала говорить Айрис, но подобрать слова для достойного отказа самой королеве было не так-то просто. В итоге она сдалась: — Благодарю, ваше величество. Тогда позвольте мне откланяться — мои покои этажом ниже.

— Буду ждать тебя и готова вызвать целителя Айлока из дворца, если тебе вдруг внезапно станет плохо, — уловив возможность отказа, предупредила королева.

Девушка поджала губы, сделала книксен и вышла. Мы же с её величеством остались.

— Не буду тратить время и приступлю к сборам, — сказала я и поспешила в спальню.

Мыться пришлось самой, пока Хмилья обслуживала её величество, а вот после горничная вернулась, чтобы в ускоренном темпе помочь мне подготовиться к опере. Волосы решили оставить распущенными, лишь завить, чтобы не тратить время на причёску. Платье тяжёлое, с корсетом, кораллово-оранжевое с частично плиссированной нижней юбкой и верхним слоем, обхватывающим нижний, словно листья тюльпана. Рукава-фонарики открывали руки, а декольте позволяло любоваться грудью.

— Мне кажется или она вновь выросла? — пробормотала я, хмурясь.

— Как и вы, ваше высочество, — улыбнулась Хмилья.

Вздохнув, я поспешила на встречу с будущей свекровью. В целом она осталась удовлетворена моим видом, об этом можно было судить по дрогнувшей верхней губе, более она ничего не сказала, и мы спустились вниз, чтобы сесть в карету — Айрис она предложила второй экипаж, в то время как мы разместились в первом. Процессия тронулась, и мы выехали в город. Всё это время её величество прожигала меня взором.

— Айрис чудесная. Как жаль, что иногда любовь бывает зла… Айрис поистине достойна такого великолепного мужчины, как мой сын.

Королева сказала это будто невзначай, поправив перчатки и взглянув в окно. Вроде и конкретно меня не унижала, но мысли высказала достаточно чётко. Впрочем, она и поведением уже сказала многое.

— Мне не нужно ваше одобрение, ваше величество, — наконец решила я расставить всё на свои места. — Но мне будет лестно его получить. Если же нет… настаивать не буду. Главное — выбор вашего сына.

— Одобрение… — поморщилась она, — это слишком эфемерное понятие.

— Согласна, — кивнула я и рассудила: — Одобрение можно получить лишь в том случае, если сидеть в тени и не привлекать к себе внимания. Едва ты берёшь на себя ответственность за принятые решения, тебя будут осуждать. Люди разобьются на два лагеря, кто-то поймёт тебя, а кто-то перемоет косточки, втайне ненавидя. И количество людей по обе стороны всё время будет варьироваться.