Хмилья вновь превзошла сама себя и сотворила настоящее чудо… чудо, от которого моя голова клонилась набок, настолько тяжёлой была причёска. Хоть и роскошной, да.

— Сколько ты шиньонов использовала?

— Ни одного! — радостно заявила девушка. — Лишь парочку накладных прядей.

— Парочку⁈

— Может, десяток, — начала считать Хмилья, и я закатила глаза, отправившись за ширму.

С макияжем тоже было закончено, и он был ярким, я бы охарактеризовала — боевым. На веки нанесены золотистые блёстки, как раз в тон переливающемуся золотом платью, и я вся сверкала и сияла, как та чешуйка, что отдал мне его величество Максимилиан.

А вот из украшений выбрала лишь едва заметный кулон с небольшим одиночным бриллиантом и такие же серьги, потому что само по себе платье слишком роскошное, чтобы утяжелять его ещё чем-то.

И едва я вышла, меня ждала неожиданность — за дверью стоял его величество. В бело-золотом камзоле, словно специально подобранном под мой наряд. Мы оба окинули друг друга удивлёнными взглядами. Я даже не нашлась, что и сказать. А вот король Рамании ожил первым, но бросаться ко мне и целовать руки не спешил.

— Удивительно, — он сглотнул. — Вы удивительно мне подходите.

Его слова сбили всё очарование момента. Мне захотелось фыркнуть, но я сдержалась.

— Не для вас я старалась, ваше величество, и уж тем более не желаю быть простым дополнением к вам. И прежде чем мы вновь вступим в словесную баталию, хочу вас поблагодарить. За подарок, что я нашла в шкатулке.

— Я лишь хотел вам показать, что обмануть меня не удастся. Это совершенно бессмысленно. Я не ваш отец и буду просчитывать каждый ваш шаг на три хода вперёд.

Я открыла рот. Вот нет бы сказать что-то милое, а он и тут пытается самоутвердиться. И это в него по словам Камильи я должна влюбиться? Да ни за что!

— Посмотрим, — недовольно откликнулась я и протянула руку.

Хотя, собственно, сопровождение мне никто не предлагал, поэтому моя рука буквально повисла в воздухе, пока через безумно тягучее мгновение Владыка Малоземья не соизволил положить мою ладонь на сгиб своего локтя.

Шли в молчании. И оно было знаменательным, потому что едва мы вышли в зал после объявления церемониймейстером, зал взорвался аплодисментами и овациями. На нас смотрели так, словно перед ними как минимум молодожёны.

Именно по этой причине я постаралась уйти, едва мы подошли к моему отцу. Но увы, родитель предвидел мой побег и вовремя схватил меня за руку, притянув к себе.

— Какая роскошная пара! Рядом с вами моя дочь сияет как бриллиант, — улыбнулся отец.

Так, это он не мне и моей красоте сделал комплимент, а королю? Да вы издеваетесь. Не тешьте и без того взлетевшее в небеса самолюбие раманского монарха!