Слухи про оборотня все струятся по городу, и чем дальше, тем сказочнее. Но нам это на руку. Если неудержимые языки разнесут, что потусторонний мир истребляет оккупантов и пособников — ну, чего же лучше…

Идея захватила и Акулова, человека сугубо рационального. Если мистические ужасы работают на нашу победу — значит, принимаем их в свою обойму.

— Надо продумать маршрут, — сказал он. — Чтобы никто не увидел. И чтобы похоже было. Чтобы этот сукин сын поверил!

«Хозяин, — неприятно удивился Рекс, — сукин сын — это же я?»

«Да нет, тут речь о другом. Не обращай внимания. Это просто выражение такое привычное».

«Не нравится мне такое выражение,» — огрызнулся Рекс.

«Ну, знаешь, мне многое что не нравится на этом свете. Приходится терпеть. Ничего не поделаешь».

Даже мысленно Рекс проворчал совершенно по-собачьи, с трудом мирясь с нехорошими словами.

Продумать траекторию нашего движения Акулову оказалось несложно. Так, чтобы нам незаметно проскользнуть в глухое безлюдное место. Город он знал отлично.

А Петрову было вполне по силам убедить изменника Гудкова заглянуть туда. Внушить, что именно там подпольщики могут прятать некий схрон с оружием, рацией, документацией… Это совершенно правдоподобно. Можно разыграть комбинацию как по нотам.

Я и сам загорелся, что уж там. То есть, мы. Мы отлично видели, как можно это сделать. И каков будет эффект.

В квартире Зотовой мы старались сидеть тише воды, ниже травы. А сама Анна Петровна плюс Петров, плюс еще кто-то нам неведомый работали над решением задачи. Ну, а потом настал наш час.

Лев Сергеевич действительно провел нас с Рексом так, что никто не увидел. Зашли в район развалин… Я не очень ориентировался, поскольку половина Пскова — район развалин, да и маршрутная часть задачи лежала на Акулове. Наша часть — силовая.

«Ты как, Рекс?»

«Отлично».

Смеркалось. После короткой оттепели вновь подморозило. Рексу-то в его шубе нормально. А я надел под «сюртук» теплую одежду, добытую стараниями Анны Петровны. Разрыв на плече, кстати, она так искусно заштопала, что ничего не было видно. Конечно, стужа пробирала — но это неизбежные издержки.

Итак, мы ждали, коченея от холода. Терпели. И не зря.

Послышались невнятные голоса. По мере приближения они делались разборчивее. А наш кентавр сделал их такими, как будто они звучали в двух метрах.

— Ты уверен? — озабоченно спросил незнакомый голос.

— Уверен-не уверен, — ответил знакомый, — но источник до сих пор надежный был. Проверим.

Это Петров.

— Оружие наготове? — спросил он.

— Да, — немного испуганный незнакомый — Гудков, надо полагать. — А что, ты думаешь?..