«Как-то нехорошо, хозяин…» — немедля поделился Рекс.

«Да что ж хорошего, — откликнулся я. — Война, враги. Воюем, не останавливаемся. Ты хотел пробежаться? Давай!»

У пса переход от тревоги к восторгу — почти мгновенный:

«Да, хозяин! Бегу!» — и рванул по заснеженной равнине.

И вновь я испытал дивное чувство единения нас двоих. Словно бег зверя по снежной целине отдался во мне ощущением необычайной легкости и силы. Что-то во мне счастливо взмыло над землей, точно я тоже мчусь стрелой, рассекаю подлунное пространство, и слышу резкий, веселый, злой свист ветра в ушах.

Рекс так засиделся в каморке Анны Петровны, что теперь не мог набегаться, носился и носился. Но тут забеспокоился я, несмотря на собственное упоение. Да, вряд кому, кроме нас, дано было переживать в себе кентавра, способного воспринимать мир в куда более интересных и сложных проекциях. Однако проза жизни есть, и никуда не деться: после стольких дней вынужденного безделья с физическими нагрузками надо бы поаккуратнее. Если Рексу простительно не сознавать этого, то мне-то нет.

«Рекс! Тормозим. Хватит».

«Хозяин! Может, еще малость⁈»

«Нет, брат. Нельзя».

И я постарался растолковать ему, чем может быть опасен такой физический перегруз.

Рекс, хоть и огорчился, но осознал.

«Понимаю, хозяин… Но это так здорово!»

«Тоже понимаю. Однако, вот так».

Сам я тоже возобновил тренинг, решив отныне сделать его регулярным. Как говорится, было бы желание, а снаряды найти нетрудно. Например, горизонтальная поверхность. Домашний пол, в частности.

Отжимания от пола — превосходная нагрузка на многие группы мышц, если изменять ширину расстановки рук. Чуть ли не половину мышечного корсета прокачиваешь, делая опору то узкой, то средней, то широкой. Замечательное упражнение, а нужен для него только сравнительно ровный пол. Все!

Утром я усердно занялся этим, удивляя хозяев.

— Это ты что, сынок, ищешь чего-то⁈ — Прасковья Васильевна сперва вовсе не поняла суть моих действий. Пришлось объяснять дополнительно.

А Рексу вновь не терпелось от души побегать по окрестностям:

«Хозяин, повторим⁈»

«Погоди чуток, брат. Есть у меня подозрение, что скоро придется не тренироваться, а действовать. Так просто нас бы здесь не поселили».

В этих моих соображениях не было ничего от кентавра, от предчувствий и озарений — чистая логика. В этом, конечно, Рекс был мне не ровня — что, кстати, прекрасно понимал. И всецело признавал превосходство этой человеческой способности.

«А, ну давай, посмотрим, хозяин. Это тебе виднее».

Логика не подвела. В этот же день Зотова заявилась не одна, а с Веревкиным, которого хозяева до сих пор не знали.