Я решил промолчать и не обсуждать больше скользкий вопрос. Конечно, в ту пору многие поддались паники и сбежали из рождающейся в крови и страданиях Страны Советов. Много было и перегибов на местах. Потом вообще Гражданская война началась. Странное дело, во мне текли мысли, которые мне не принадлежали. Сам то я ничего про Революцию не знал, да и про Гражданскую войну тоже. Я не говорю о Великой Отечественной войне. В общем, у меня на лицо большие пробелы в теоретической части. Я не могу все время зависеть от Тени. Сегодня он есть и еще проявляет интерес к реальной жизни, а завтра уйдет на дно и заляжет в спячку. И я окажусь в дымящейся зловонной болотной клоаке, подобной той, в которой мы оказались на Транкире-4, когда могучий рой идрисов окружил нас. Я решил, что в самое ближайшее время я отправлюсь по библиотекам и прокачаю свои теоретические данные по всем направлениям. Хватит ходить на био-протезах, пора отращивать собственные конечности.

— Было время, были героические личности. Я вот думаю о том времени часто. Какая жизнь тогда была. Вот жили люди при царе, плохо жили, но была какая-то стабильность, а потом завертелось, закружилось — Революция, Гражданская. Никакой стабильности, никакой основательности. Но люди не ломались, не кричали «моя хата с краю», хотя конечно были и такие, но рвались вперед, строили новое светлое будущее. Самого себя клали целиком без остатка во имя великой цели. Это не просто люди. Это герои. А ведь эти герои были наши с тобой дедушки и бабушки, мамы и папы. Я вот все время думаю, кто мы по сравнению с ними. Какие-то изнеженные душонки, у которых есть что им надо. И это им достается не кровью и потом, а всего лишь хождением на службу и работой на совесть, — произнесла речь Марина.

— Построить дело великое. Но ведь надо потом это построенное еще и защитить, и сохранить. А ты ведь сама знаешь, как мы чуть было все не потеряли во время Великой Отечественной, но встали на защиту и выстояли. Так что наши предки могут спокойно отдыхать на заслуженной пенсии, а наша задача охранять теперь дело социалистической государственности, — сказал я строго по подсказки Тени.

Слова его верные, и, несмотря на то, что прежний Ламанов был личностью весьма сомнительной, в эти слова он верил. Только вот как это стыковалось с тем, что прежний Леший сотрудничал с бандитами, которых должен был сажать, а он им помощь оказывал.

— А я вот иногда мечтаю, как бы я оказалась в двадцатые годы. Какие приключения я могла бы испытать. Это же сколько романтики вокруг. Все такое молодое и только строится, — сказала она.