На нём алая мантия с белым кантом, роскошная массивная корона, дуги которой отдалённо напоминают выставленные в ряд Эйфелевы башни.

У трона собралась свита. Я мог судить по одеждам, что среди них, возможно, были советники, придворные и рыцари.

Высокий голос вельможи прорезал тронный зал:

— О повелитель, Мантикор Пятый, перед вами и по вашему велению предстают призванные иномирцы!

Звук эхом разнёсся по залу, гомон толпы затих.

Король с улыбкой кивнул, приветствуя нас, и заговорил низким бархатистым голосом:

— Добро пожаловать в Малфорт — королевство моего рода. Неувядающие земли рады видеть призванных героев иного мира.

Голос короля настолько поражал своей чистотой и харизмой, что в моём мире его бы наверняка ждала успешная карьера актёра озвучки.

Мантикор на мгновение замолчал и, не подымая руки с подлокотника, поманил кого-то пальцем из собравшихся приближённых.

От увиденного мои брови непроизвольно поползли вверх. К Мантикору вышел карлик, на вид молодой, хотя из-за подобных мутаций трудно судить о возрасте.

Я сразу понял — это сын короля и, скорее всего, единственный.

Почему сын? Да потому что был он одет в такие же алые одежды с вышитыми узорами, похожими на цветок — это, как я понял, местный символ королевской власти, нечто вроде распускающегося бутона. А ещё на кучерявой голове карлика красовалась корона, поменьше и поскромнее отцовской.

Почему единственный сын? Да разве при наличии здоровых наследников король бы позвал его при всех к себе? Держал бы он его на виду? Я не поверю, что у него десять сыновей, но все настолько невзрачны, что выигрышным выглядит именно карлик. Да и вряд ли Малфорт — колыбель инклюзивности и центр борьбы с эйблизмом.

Хотя, чего я взялся рассуждать о порядках в совершенно чужом мире? Но с другой стороны… Здесь всё так знакомо.

Принц неуклюже подошёл к трону, поцеловал руку королю и присел на ступеньках покрытого красным бархатом помоста.

— Посмотри, сын, вот и наша надежда! Герои иных миров!

Король вдруг вперился в меня изучающим взглядом, и я посмотрел в ответ.

— Подойди ближе. Да-да, ты! Человек в смешных синих лохмотьях! — произнёс он всё так же, лишь шевеля ладонью, жестом подзывая меня.

В бирюзовых лохмотьях? Да это моя лучшая рубашка и джинсы! Совсем немного в пыли и чьей-то крови…

Я шагнул вперёд. Увидел, что король всё ещё выжидающе смотрит на меня. Я не понял, что он от меня хочет.

Вдруг почувствовал толчок в плечо. И снова от Артура.

— Убери от меня свои руки, — твёрдо сказал я обернувшись.

Копейщик, кажется, немало удивился моей реакции. А чего он ожидал? Покорности и терпения? Кажется, он сам нарочно меня выводит из себя.