Гордость кричала, что нужно защищаться, но тело нагло и беспощадно предавало меня: от тепла его пальца по коже пошла такая сладкая дрожь, что я замерла, не в силах даже сдвинуться с места.
Он слегка, с намеренным нажимом провел пальцем в сторону, стирая косметику и обнажая багровый след. Ухмылка на его губах стала шире, а взгляд потемнел.
– Надо же, какая нежная кожа. Чуть сильнее надавишь и сразу отметка, – тихо, почти интимно прошептал он, наклоняясь к моему уху так близко, что его дыхание опалило мне мочку. – Ты бы поаккуратнее на загородных прогулках, Элина. А то мама увидит – расстроится. Придется придумывать, какие такие дикие звери покусали её примерную девочку в стенах этого дома…
Голос Дэна вибрировал у самого моего уха, заставляя волоски на теле вставать дыбом. Его палец медленно очерчивал контур синяка, и от этого простого прикосновения внизу живота предательски полыхнул знакомый жар. Вместе с ним горячая волна обожгла лицо.
– Я не знаю, о чем ты, – выдавила я, пытаясь сдвинуться в сторону и обойти его, но Дэн мгновенно перекрыл мне путь, уперевшись ладонью в столешницу прямо у моего бедра.
Свободного пространства между нами не осталось вообще. Ловушка. Снова.
– Правда не знаешь? – он прищурился, и его губы тронула хищная усмешка. – А мне показалось, у тебя отличная память, сестрёнка. А уж звуки... Я думал, у таких девочек как ты более скромный голосок. А ты оказалась… громкой.
Высидеть в комнате до вечера мне не удалось. Ближе к двум часам дня в дверь настойчиво постучала мама и тоном, не терпящим возражений, велела немедленно спускаться к обеду.
Оказывается, основная толпа гостей со свадьбы уже переместилась к бассейну и на арендованный пляж коттеджа, продолжая шумно похмеляться там, а отчим устроил приватное семейное барбекю на верхней террасе.
Специально для нас пятерых чтобы, как он выразился, познакомиться поближе в тихой семейной обстановке.
Семейной. Боже.
Пришлось заново, еще более тщательно замазывать шею консилером, распускать волосы, чтобы они закрывали ключицы, и переодеваться в легкий джинсовый сарафан на пуговицах.
Когда я вышла на залитую солнцем террасу, все уже были в сборе. Отчим Артур переворачивал сочные стейки на огромном гриле, от которого шел умопомрачительный аромат, а мама что-то весело щебетала, разливая по бокалам белое вино.
Мой взгляд инстинктивно метнулся к длинному деревянному столу. На широкой дубовой скамье, развалившись, сидели мои сводные братья.
– О, а вот и наша соня! – добродушно воскликнул отчим, заметив меня. – Садись, Элина, к ребятам, познакомитесь получше.