Я подошла чуть ближе, чтобы взять с тарелки, но Дэвид опередил: схватил мои руки своей — как в наручниках, крепко, но возбуждающе, — другой рукой взял клубнику и поднёс к моим губам. С удовольствием и желанием я откусила её — ягода была очень сочной и сладкой, сок брызнул на губы, стекая по подбородку, и я почувствовала, как его взгляд жадно следует за этим.

— Вкусно тебе? — спросил он, глядя на моё довольное лицо, его голос низкий, вибрирующий.

— Очень, — прошептала я, всё это время он держал мои руки, и я даже не хотела вырываться — его доминация мне очень нравилась, заставляя тело подчиняться, а внутри разливаться жидким теплом.

— Я так понимаю, ты нетерпеливая, ведьмочка, — промурлыкал он, съел надкусанную клубнику — его губы сомкнулись на ней, слизывая остатки сока, — и взял двумя руками мою талию, резко посадив меня на кухонный остров. Я не успела даже среагировать — холод поверхности под бёдрами контрастировал с жаром его ладоней, проникающим сквозь ткань. — Так будет проще, — сказал он, и я опустила голову чуть набок, сначала не поняв, но внутри уже вспыхнуло предвкушение.

Дэвид улыбнулся — резко, хищно — и пододвинул меня к себе, чтобы наши глаза смотрели друг в друга, его дыхание обжигало кожу. Он запустил пальцы в мои волосы и сжал их, тем самым притянув к своим губам мои — поцелуй был жадным, ненасытным, как будто у него вот-вот заберут меня: его язык вторгся в рот, сплетаясь с моим, исследуя каждый уголок, а губы надавливали, прикусывая слегка, заставляя стон вырваться тихо.

Вторая рука залезла под кроп-топ и поднялась вверх, трогая мои уже затвердевшие соски — пальцы крутили их нежно, но настойчиво, посылая вспышки удовольствия вниз, между ног, где снова началось наводнение, влага сочились, пропитывая трусики.

— Грудь просто идеального размера, — прошептал он, немного оторвавшись от моих губ, его дыхание сбивалось, глаза горели. — Ты вся такая идеальная? — я не смогла ему дать ответ, так как дыхание сбивалось, тело выгибалось навстречу, умоляя о большем.

Дэвид был одет сегодня в чёрную облегающую футболку, под которой чувствовалось его тело — атлетичное, рельефное, но не перекачанное: V-образный торс с чёткими линиями пресса, широкие плечи и узкая талия, как у спортсмена, который знает, как использовать силу. Я провела руками по его груди, слегка царапая ногтями сквозь ткань, оставляя следы мурашек, потянула футболку на себя — Дэвид понял и в миг снял её, обнажив торс, который манил прикоснуться, лизнуть каждый мускул.

Передо мной открылась очень красивая картина: тело Дэвида было прекрасным — гладкая, загорелая кожа, рельефный пресс с лёгкими кубиками, которые проступали при дыхании, широкая грудь с твёрдыми сосками, и татуировка на плече, добавляющая шарма, — всё это заставляло слюну скапливаться во рту, а желание разгореться ярче.