Вообще, Шаманову все больше становилось не по себе. Сны Рюрика пугали его. Раньше мальчик, который думал, что его зовут Вова, таких снов не видел…

— Добрый день, Ваше Высочество.

В парке наконец-то появились воспитатели Рюрика, вышедшие из домика — девица из клана Глубиных, шведский пастор Юхан и финн по фамилии Лайно.

Княжне Глубине Шаманов поцеловал руку — девушка выглядела, как типичная злая училка, тощая и в очках. У Глубиных вообще все члены клана носили очки. Вроде бы за свое духовное зрение они расплачивались тем, что у них с рождения было повреждено зрение обычное…

Княжна Глубина была здесь, чтобы наблюдать за чакрами и магией Рюрика. Если к мальчику вернется его сила — Глубина должна немедленно доложить об этом Шаманову. Кроме того, у княжны был двадцать третий ранг, так что она еще и исполняла роль охранника.

Пастор Юхан отвечал за воспитание Рюрика, Шаманов надеялся, что духовное лицо сможет подавить кровожадность и жажду власти мальчика, унаследованные от матери, ну или хотя бы направить их в мирное русло.

Что до финна Лайно, то этот был просто слугой, а еще внештатным агентом Имперской службы защиты Конституции. В его обязанности входило заботиться о ребенке, а еще приглядывать за княжной Глубиной и пастором…

Все трое, конечно же, отлично знали, что этот странный мальчик Вова — никакой не Вова, а самая настоящая реинкарнация Рюрика. Кроме них, в курсе был еще Шаманов, его жена Люба, канцлер Империи Таня Пушкина и еще пара человек в высших эшелонах власти…

А больше о Рюрике не знал никто.

Хотя был еще Чуйкин, но он бесследно пропал сразу же после победы над Либератором, так что считался мертвым…

Но это все было неважно. На самом деле значение имел лишь один факт — знает ли сам Рюрик о том, кто он такой. Пока что Рюрик не знал. Он все забыл, когда Либератор нанес ему страшные раны три года назад…

Но он мог вспомнить. И когда он вспомнит — он точно не простит ни Таню, ни её брата-дегенерата, узурпировавшего трон, ни тем более Шаманова. Ибо они отобрали трон и корону Рюрика.

Вот почему сон мальчика так сильно напугал Акалу…

Но пока что все было хорошо. Птицы пели в лесу, сосны шумели на ветру, ярко светило Солнце, а Рюрик рвался показать Шамановым свои тыквы:

— Ну пойдемте! Я покажу вам тыквы!

— Не люблю тыквы! — снова вознегодовал сын Шаманова Ангу, — Противные! Я люблю мясо…

Ангу было хотел еще разбавить свою речь эскимосскими ругательствами, но осекся, глянув на маму.

— Так я тебя не есть зову, — звонко рассмеялся Рюрик, — А поглядеть!

— А чего глядеть? — засопел Ангу, — Я видел тыквы. Мерзость на тарелке. Они как сопли!