— Хватит, — с мольбой выдохнул я, — Хватит. Просто замолчи. И отстань. Окей?

— Саша, не окейкай! — возмутилась девушка, — «Окей» — это американское слово. Так говорят только ублюдки-стиляги, продавшиеся поганым капиталистическим…

Но я уже не слушал.

Я просто выскочил из университетской аудитории, громко хлопнув дверью и оставив Олесю в гордом одиночестве.

Я бегом бросился по коридорам, на улицу, скорее на улицу!

Мне не хватало воздуха…

Неужели Солнце и правда породило портал и просто выкинуло меня в параллельную реальность? Значит, Солнце может управлять такими вещами? В общем-то логично. Не зря же ему испокон веков поклоняются, как центру Вселенной…

Или может бытие просто решило, что я хорошо справился со своей миссией спасения мира, и теперь предлагает мне все повторить в другом варианте реальности?

Это все, конечно, прикольно, вот только я на такое не подписывался…

Я выскочил на улицу, уже в вестибюле университета сбив с ног какого-то дружинника с красной повязкой на руке.

Я жадно вдохнул свежий воздух, а потом застыл от ужаса…

О, нет.

Только не это.

На Московских улицах было полно народа. Я видел рабочий люд в гимнастерках, милиционеров в синих фуражках, студенток, спешивших на пары, партийных в костюмах, а еще автомобили, дома…

А еще возвышавшийся над городом памятник — огромный, в километр высотой.

Над Москвой нависал громадный мужик, лысый и державший в руках циклопический кукурузный початок. Лысина гиганта блестела на солнце, сделанный из серебристого металла правитель улыбался.

Рядом с его головой парили дирижабли, несшие лозунги — огромные красные полотнища, испещренные белыми буквами.

ТОВАРИЩ ХРУЩЁВ — ВЕЧНЫЙ ПРАВИТЕЛЬ СССР.

ЗАВЕРШИМ ПЯТИЛЕТКУ В ДВА ГОДА.

УТРОИМ ПРОИЗВОДСТВО ТРИКОИНОВ.

ДОГНАТЬ И ПЕРЕГНАТЬ АМЕРИКУ! МАГИ, КАЧАЙТЕ ВАШИ РАНГИ!

КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТОКРАТИЯ — ДРУГ РАБОЧИХ И КРЕСТЬЯН.

Я глазам своим не верил.

Это сон, просто кошмарный сон. Предсмертная галлюцинация…

Но, сука, яркая.

— Товарищ…

Я завертел головой, но рядом со мной никого не было.

— Товарищ… — повторил картавый голос, — Не надо крутить головой. Я внутри вас. Боюсь, что в загробном мире наши души соединились. Я — Владимир Ильич Ленин, запретный революционер… Товарищ, послушайте! Коммунизм в этом мире был построен неправильно. Оппортунисты захватили власть…

— Нахуй, — прорычал я, — Просто нахуй.

— Товарищ, я тоже умею ругаться матом. Но это неконструктивно…

Однако мне было плевать. Я бросился к ближайшему фонарю и стал биться об него головой.

Тук! Еще тук!

— Ильич, уходи, — потребовал я.

Моими действиями уже заинтересовался милиционер, а из университета тем временем вышла моя сестрица Олеся. Девушка озиралась, явно искала меня…