Но у меня не было ни решений, ни отгадок.

Вообще ничего.

И я в панике метался в холодных водах и шипел, и бил хвостом, загнанный в угол.

А фигура моего противника все росла, уходя в самые небеса…

Когда я проснулся, то понял, что мои шелковые простыни все пропитались потом.

Паршиво. Очень паршиво.

Пожалуй, мне нужно обратиться к специалисту — возможно к психотерапевту, или к священнику, или к волхву, я не знаю. Но подозреваю, что рано или поздно эти сны сведут меня с ума.

Каждую ночь мои кошмары повторялись, я тонул в них и никак не мог выбраться. Я ощущал себя беспомощным, это было страшнее всего.

Я сел на постели, с трудом приходя в себя, в окна моих покоев пробивались солнечные лучи, играя на алых бархатных обоях. Снаружи пели птицы.

Я умылся, сделал зарядку, съел свои трикоины.

Благо, это не заняло много времени. Трикоинов мне полагалось только пять, в соответствии с моим пятым рангом. Культивировать выше мне было запрещено под страхом смерти. Так что найти наставника было просто нереально. Никто бы не стал со мной связываться, особенно после того, как моему прошлому наставнику Словенову отрубили голову год назад.

Я кликнул слугу, тот принес завтрак — блины с икрой, кофе, бутылка шампанского, мамалыга, сыр, фрукты.

Мое меню ежедневно менялось, составлял его не я, а мой повар, мне было плевать. Я лично заказывал только шампанское, я уже давно привык начинать свой день с одного бокала. Не слишком полезно для здоровья, но зато успокаивает психику, расшатанную за ночь.

Я неспешно позавтракал, выпил, вопреки своему обыкновению, целых два бокала отличного французского шампанского, потом одел черный мундир и пошёл прогуляться.

До выхода из Павловского дворца мне пришлось топать минут десять, новое здание было огромным — самым большим в мире.

Я прошел через залы, отделанные чистым малахитом, потом через золотые залы, потом через зал, стилизованный под интерьеры русской крестьянской избы…

Каждый из залов символизировал один из жизненных этапов богини-императрицы Алёны. Крестьянские хоромы, например, означали тот этап жизни Алёны, когда она притворялась холопкой. А другие покои, украшенные рубинами и золотым оружием — период, когда Алёна служила в Охранном отделении.

Малахитовые залы означали умиротворение и воссоединение богини с сыном, а золотые — её божественность…

Скоро будет май, и тогда сюда съедутся паломники со всей страны, чтобы повторить духовный путь богини, пройдя через эти залы. Культ Святой Алёны предполагал множество паломничеств, в ходе которых адепты обретали духовность богини, но это паломничество через Павловский дворец было самым понтовым и дорогим. Чтобы просто получить доступ к нему — адепт должен был заплатить миллион рублей золотом. Так что ходили по этим залам только самые богатые магократы, которых допускали сюда лишь в мае, когда наступало священное время богини.