— Эй, ты там живой, Чан? — спросил Орэн, закрывшего лицо рукой зверолюда.
— Да, — с трудом выговорил он.
— Что же мы дошли до финала. Впервые за последние шесть турниров, — Орэн что-то начал искать за пазухой. — «Рёв дракона».
— Ничья будет, — сказал кто-то из собравшихся.
— Ну, новичок точно отлетит, но у Чандрика есть шанс, — послышался второй голос.
— Да посмотри на него, его уже шатает.
— Тем более удержать дракона в себе не удавалось никому с девятнадцатого турнира.
— Ставлю свой меч на то, что я не выблюю этого дракона вашего, — Артиос встал и вонзил оружие в стол рядом с топором.
— Но это кинжал, — поправил Орэн.
— М-м-м, действительно, кинжал, — согласился Артиос. — Ставлю кинжал.
— Пфф, ставлю серебряный против.
— Тоже.
Посыпались новые ставки, но уверенность Артиоса, подкреплённая алкоголем, была непоколебима.
— Ну что же, я наливаю, — Орэн налил «Рёв дракона» в кружки, совсем немного, на пол пальца.
Артиос смотрел в стакан и не понимал: ему кажется, что кружка горит, или деревянная посуда действительно объята пламенем?
— Раз, два, три!
Артиос выпил жидкость, которая тут же обожгла язык, потом горло, распространяя нереально сильный жар по всему организму. Теперь нейросеть забила тревогу, но Артиос не собирался выблёвывать напиток и силой воли сдерживал все порывы.
Чандрик напротив дёрнулся, а потом из его рта хлынуло пламя, после чего он отрубился. Артиос же продолжал сжимать кружку твёрдой хваткой. Сознание пыталось ускользнуть, но Артиос чётко видел цель и не сдавался. Нахлынули добрые воспоминания из прошлого, когда у него ещё не было нейросети и он выпивал с сослуживцами. Когда был жив его напарник.
Артиос встал и победно поднял кружку над собой.
— Новичок побеждает! — проревел Орэн, под досадные вздохи проигравших деньги.
Артиос же продолжал стоять не двигаясь со стеклянным взглядом. После чего медленно осел на пол.
— Отнесите победителя наверх, а потом мы отпразднуем завершение турнира! — скомандовал Орэн.
Подниматься на ноги было ошибкой.
Глава 17
— Вставай… — донёсся голос из далека.
Артиос шёл по тёмному туннелю в конце которого горел белый свет. Свечение манило теплом и надеждой, но в то же время что-то отталкивало в её природе. Артиос не хотел просыпаться.
— Ясно, Грен давай сюда ведро воды, — уже более громким стал голос Орэна.
— Ладно-ладно, всё, встаю, — проворчал Артиос, начав сражение с притяжением приятной постели.
Но ведро воды всё равно было использовано по назначению. Артиос хотел сильно возмутиться, но головная боль, головокружение, тошнота — весь организм призывал к бездействию и отдыху. Поэтому мокрый и разочарованный он молча продолжал сидеть на кровати.